Игорь Рабинер: «Локомотив», который мы потеряли

Футбольная и околофутбольная литературка.
Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 19:25


Февральское заявление Липатова о праве вето стало вторым заметным событием сезона в «Локо», победа в Кубке - третьим. Первое же произошло еще в январе.
Перед вылетом на второй сбор в Турцию Бышовец отчислил из команды Вадима Евсеева. В интервью «Советскому спорту» тренер сказал:
- У меня было твердое убеждение, что Евсеев не сможет играть на уровне, который мне необходим. И я честно сказал Вадиму, что не вижу ему места в составе.
Семин, естественно, придерживался по этому поводу иного мнения. Его он выразит не сразу, а лишь после окончания сезона в интервью «Спорт-Экспрессу»:
- Вадим пригодился бы любой команде, потому что это человек-заряд, который может в любой момент встряхнуть команду. Евсеев не позволит развиваться негативным явлениям. Честный и правдивый, он сохраняет преданность футболу, где бы ни играл.
«Честный и правдивый» - это действительно про Ев­сеева. В бытность Семина главным тренером «Локомотива» он в интервью мог запросто сказать, что болеет за... «Спартак». А на вопрос, не боится ли, что в «Локо» его неправильно поймут, с удивлением реагировал: почему, мол, я должен чего-то там бояться и врать? Как болел за красно-белых двадцать лет - так и продолжаю...
В другом клубе Евсеев за такие слова навлек бы на себя кучу проблем - в «Локомотиве» же их никто даже не замечал. Ни президент, ни главный тренер, ни, что самое важное, болельщики. Потому что они видели: человек на поле выкладывается без остатка, включая матчи с тем же «Спартаком». А уж за кого он там болеет в свободное от игр и тренировок время - это его личное дело.
- Одинаково благодарен и Семину, и Филатову, - сказал мне Евсеев, уже игравший за «Торпедо». - Эти два человека взяли меня в «Локомотив», и ни тот, ни другой за все годы плохого мне никогда не делали. Семин с Филатовым сделали из меня не только игрока, но и человека. В «Локо» я переходил из «Спартака» молодым — в 23 года. Свободного времени было много, мог пойти по традиционному для молодежи пути. Но во многом благодаря тог­дашним главному тренеру и президенту клуба не стал разбрасываться, остался предан футболу. И футбол отплатил мне той же монетой. Очень жаль, что они разошлись. Для меня было бы лучше, если бы они по-прежнему работали вместе. А может, и для клуба - потому что все победы «Локомотива» пришлись на период их совместной работы.
Муслин тоже с пониманием относился к евсеевскому свободолюбию.
- Ему я мог сказать все, - рассказывал Евсеев. - Од­нажды пошутил по поводу его служебной машины. Она была довольно скромной, если учесть, что на ней ездил главный тренер «Локомотива». Говорю ему как-то: «Пересаживайтесь к Спахичу, не позорьтесь». А он в ответ смеется и руками разводит: мол, ничего не могу поделать - такую машину клуб выделил.
С Бышовцем подобные фамильярности у Вадима бы точно не прошли. Недаром, когда Анатолий Федорович непродолжительный отрезок времени работал в шотланд­ском «Хартс» советником президента этого клуба Владимира Романова, всю горную страну мигом облетела одна история. Не привыкший к победам в Европе клуб из Эдинбурга обыграл именитый швейцарский «Базель» - и простые шотландские парни в раздевалке после матча на полную мощь врубили музыку. По словам футболистов, Бы-шовец, которого команда толком не знала, зашел в раздевалку и потребовал выключить магнитофон и впредь профессиональнее относиться к своей работе.
Через пару месяцев после ухода из «Локо» Евсеев рассказывал:
- Бышовец вызвал и сказал: «Я тебя не вижу в своей команде. Или ты остаешься в Москве и ищешь себе команду, или едешь на сбор с дублем». Я ответил, что заканчивать с футболом не собираюсь, поэтому еду тренироваться с дублем.
- Больше разговоров между вами не бью?
- Вроде и летели в одном чартере, а даже не общались и не здоровались. Потом было сказано: мол, со мной поступили хорошо, дали время, чтобы найти варианты для трудоустройства. Куда я мог 31 января устроиться? Только в Россию. А Россией футбол не ограничивается.
Словом, вполне нормальные эмоции человека, ушед­шего из команды, в которой долго выступал и добивался успехов. Из скромности («Я посредственный игрок, таких тысячи», - сказал мне Евсеев во время одной из бесед) Вадим не коснулся одной очень важной детали. Возможно, в этой ситуации самой важной. И не касающейся Бы-шовца. В конечном счете главный тренер волен определять, нужен игрок команде или нет.
Но Евсеев сделал для «Локомотива» столько, что клуб обязан был с ним, двукратным чемпионом страны, двукратным же обладателем Кубка и Суперкубка России, по-человечески попрощаться. Устроить прощальный матч. Или встречу с болельщиками. Короче, хоть что-то, отмечающее его солиднейший вклад в звездное время «Локо». Евсеева же выбросили из команды, как пакет скисшего молока. И это был очередной знак тех перемен, которые ждали клуб.
Когда Вадим зашел в клуб за трудовой книжкой, они с Семиным не смогли сдержать слез...
...Прозвучал в том интервью и эпизод, который обра­тил на себя внимание Бышовца. Впоследствии тренер не­однократно к нему возвращался, подчеркивая: дескать, вот он, пример подрывной работы Семина против него.
—Я сейчас мог бы спокойно сидеть в дубле и получать зарплату, - сказал на тот момент игрок «Торпедо» Евсеев. - Семин, кстати, советовал поступить именно так. Но я отказался. Ждать, пока уберут Бышовца, и желать ему неприятностей не в моем стиле. Как бы я к этому человеку ни относился.
Нервная реакция Бышовца на эти слова объяснима. Но обратим внимание: исходя из слов Евсеева, Семин только советовал ему «спокойно сидеть в дубле»! «Ждать, пока уберут Бышовца» - это уже слова самого футболиста. Можно ведь находиться в резервном составе, получать зарплату и ничего не ждать, правда? Так что если по сути Анатолий Федорович, возможно, где-то и прав, то формального повода обвинять Семина эти слова все же не дают. Тем более что президент клуба не воспротивился решению тренера. Что он в принципе мог бы сделать.
В марте 2007-го мне довелось побывать в Италии и встретиться с одним из главных творцов чемпионства «Локомотива» 2004 года Франсиску Лимой. Я спросил бразильца:
- В курсе, что Евсеев, которого не видел в своей команде Анатолий Бышовец, ушел в «Торпедо», вылетевшее в первый дивизион?
Лима покачал головой.
- Не знал. И не предполагал, что ему, душе команды, придется покинуть «Лот». Евсеев - один из тех, кого можно было назвать несущей конструкцией «Локомотива» и на ком во многом держался характер этой команды.
Сам Евсеев, услышав от меня эти слова Лимы, отреа­гировал так:
- Со всеми, кто адекватно относился к клубу, у меня были нормальные отношения. Меня не любят только те, кто вел себя некрасиво, ставил себя выше коллектива. Я им говорил об этом прямо. Таким, как Бикей, который в присутствии других футболистов оскорбил и тренера, и руководство. Потом, правда, извинился, после чего Славо нам сказал, что прощает его. «А вы его прощаете?» - поинтересовался у нас Муслин. Мы ответили: «Нет» - и объяснили почему. Обычно люди прислушиваются к чужим советам и меняют свое поведение, если оно не нравится ок­ружающим. А этот упрямый был, как осел. Так вот, когда Муслин узнал, что команда настроена против Бикея, этого футболиста в «Локомотиве» не стало. Эта история доказала нам, что Славо не только хороший тренер, но и личность.
А Лима чем-то на меня похож:. Или я на него. Поэтому у нас и сложились такие добрые отношения. Ион, и я достигли в карьере того, чего достигли не какими-то особыми техническими качествами, а желанием играть и чего-то добиваться. Лима в «Локомотиве» всем все доказал на поле. Мне приятно слышать, что человек меня по­мнит.
Самый известный болельщик «Локомотива» Валерий Баринов вспоминает о Евсееве с явным удовольствием:
- Вадим - человек команды. Как Борис Петрович Игнатьев всегда говорил - «духовитый». Обаятельная личность, этакий сорванец от футбола. Евсеев вел людей за собой и говорил все, что считал нужным. Таких игроков нельзя терять. Вот чего, на мой взгляд, не понял Анатолий Федорович - возможно, из-за того, что у него давно не было практики. Футболисты стали другими. На них можно давить работой - но на индивидуальность давить нельзя. Как и в театре, в футболе нужно воспитывать личностей, а личность без ощущения свободы не может достичь в творчестве чего-то весомого. Если ты все еремя дрожишь, что тебя могут выгнать или наказать -ничего не получится. А после ухода Евсеева другие ребята обо всем этом крепко задумались.
Ирония судьбы: Бышовец как раз говорил мне, что главная его задача в футболе - воспитание гармоничных, всесторонне развитых личностей. Баринов же упрекает его как раз в противоположном. Сколько людей - столько и мнений.
С мнением Баринова перекликаются и слова Дмитрия Лоськова.
- В какой момент почувствовали, что вы в «Локо­мотиве» не жилец? - спросили его мои коллеги по «СЭ» Юрий Голышак и Александр Кружков.
- Еще на сборах. Бышовец изъясняется такими фразами, что ты сам должен додумываться до сути: камешек летит в твой огород. Хоть и образно говорилось, но я чувствовал, что относится это ко мне. Обстановка изменилась сразу. Все поняли: лучше молчать. Любое твое слово может быть истолковано неизвестно как. Вот мы и промолчали, когда выгнали Евсеева.
- Жалеете?
-Да, надо было выступить. Это тренер присматривался: как команда отреагирует? Потом стало ясно, что будут следующие: я, возможно, Маминов с Пашининым... Тому же Маминову Бышовец все время намекал: хватит, дескать, уже мучить и себя, и нас. «У тебя же колено болит...»
...Спустя семь месяцев после ухода из «Локомотива» Евсеев вернулся в Черкизово - только теперь в форме подмосковного «Сатурна», куда он перешел транзитом через «Торпедо». Тоже, кстати, показательная история: в «Торпедо» он пошел только потому, что хотел поддержать тренера черно-белых Георгия Ярцева, у которого незадолго до того убили сына. Ярцев в свое время сделал для Вадима очень многое - и в «Спартаке», где в 96-м впервые ввел его в основной состав, и в сборной России. В трудную минуту футболист наставника поддержал...
Летом ушел из «Торпедо» Ярцев - ничто больше не держало там и Евсеева. И он, сделав напоследок пару громких заявлений о беспределе в первом дивизионе, оказался в «Сатурне».
Вместе с Лоськовым. Уход которого - отдельная история.

У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 19:35


Сейчас невозможно поверить, что 11 лет назад судьба Дмитрия Лоськова могла повернуться совсем по-другому. Тогда у будущего капитана «Локомотива», а в ту пору -плеймейкера «Ростова» было два серьезных предложения. Одно - от семинского «Локо», другое - от «Зенита». Который тренировал... Анатолий Бышовец.
Удивительная штука судьба, не правда ли?
Лоськов тогда выбрал «Локо». Потому что годом ра­нее железнодорожники его уже звали - и он, решившись было, еще на год задержался в «Ростсельмаше». Где у отличного тренера, а в прошлом - великолепного фор­варда Сергея Андреева и дозрел до переезда в Москву. Поскольку Филатов с Семиным продолжали проявлять к нему интерес, Лоськов оценил такое постоянство и пред­почел «Локомотив». Чтобы за 10 с лишним лет стать ле­гендой клуба.
Думал ли гадал молодой ростовчанин, какой выйдет его следующая встреча с олимпийским чемпионом Сеу­ла?..
На одной из своих знаменитых прошлогодних пресс-конференций, вскоре после расставания с Лоськовым, Бы­шовец бросил камень явно в его огород:
- Многие игроки уверены, что клубы всегда должны им, а не наоборот. Это проблема. И проблема, если хотите, нравственная.
Эти слова также не добавили вистов Анатолию Федо­ровичу. Тут его явно занесло. Про себя Бышовец мог ду­мать все, что угодно - но заявлять подобное вслух для тренера, который работал в клубе полгода, было весьма не­предусмотрительно.
Как раз в ту пору болельщики и стали вывешивать первые антибышовецкие баннеры...
На мой взгляд, благодарность игрока и клуба должна быть взаимной - только при таких отношениях возможны серьезные успехи. Заслуженный футболист должен знать, что его в клубе любят и ценят, а не бездушно используют до тех пор, пока он жив-здоров. Не случайно Семин частенько повторял, что без Лоськова того «Локомотива», которым мы восхищались несколько лет кряду, могло и не быть. Юрий Палыч может расставить акценты лучше, чем кто-либо: именно на счету Семина два золота, четыре Кубка России, два Суперкубка, два полуфинала Кубка кубков, два выхода из группы Лиги чемпионов. И почти все эти достижения (вспомнить хотя бы золотой гол-2002 в ворота ЦСКА) состоялись при Лоськове. Так разве клубу не за что быть ему благодарным?!
Бышовец - более чем начитанный человек, и он пре­красно знает, что такое роль личности в истории. И вряд ли в глубине души не понимает, что роль Лоськова в истории «Локомотива» - колоссальна.
Только время все расставит на свои места. Как показало оно правоту Андрея Тихонова, изгнанного в 2000 году Олегом Романцевым из «Спартака». Знаменитый тренер уже несколько лет вовсе не работает - хотя до любых возрастных лимитов ему, 54-летнему, еще далеко. А легендарный спартаковский капитан в свои 37 с лишним по-прежнему ведет за собой ту команду, где играет - теперь это вновь самарские «Крылья». Сложится ли так же счастливо судьба Лоськова в «Сатурне»?
Философию расставания с Лоськовым и Евсеевым Бышовец изложил еще по ходу сезона, во время встречи с журналистами в редакции «Спорт-Экспресса».
- У них могло быть другое будущее, но они сами выбрали этот путь. Что касается строительства новой команды, то невозможно построить, не разрушив. Могли ли они помочь? При известных обстоятельствах, при их уровне мастерства думаю, что могли. Для этого нужно было желание, нужно было перестраиваться.
— Возможно ли соперничество между игроком — лидером команды и главным тренером?
- Такого соперничества не может быть - настолько это неравноценные фигуры, кто бы этим игроком ни был. Во-первых, разница в возрасте, в положении, а во-вторых, даже смешно, когда есть дубль, работа во второй команде и так далее. Волевое решение - и все. Тренеру неудобно бороться, когда ему даже не могут ответить. Существует субординация, в рамках которой трудно представить эту борьбу, ее даже близко нет. В принципе авторитеты среди игроков есть - Тихонов, Титов, Осиное в «Ростове», Янотовский в «Томи»... По своему отношению к делу, заслугам эти игроки требуют особого уважения. Но иметь это уважение они могут вне поля. На поле все равны. У этих игроков есть свое понимание, видение футбола. Иногда они переоценивают свои возможности. Хотя они еще не тренеры, и нет гарантии, что ими станут. И это положение иногда создает иллюзию сомнительного лидера, когда игра подминается под свое понимание, под свое состояние, и начинается дисбаланс, все делается в ущерб другим, игра строится вокруг одного человека. Зависимость от этого игрока узурпирует проблему.
- Были примеры подобного рода в вашей игровой, тренерской карьере?
— Я сам был капитаном киевского «Динамо». Достаточно вспомнить, каким великим игроком был Нетто и как он уходил. Все видели, что произошло в Киеве, когда еще в порядке были Базилевич с Лобановским, а Виктором Масловым строилась новая команда. Группа игроков уехала на чемпионат мира 1966 года, а вернувшись, обнаружила, что их места в основном составе заняла молодежь. 32-летний Андрей Биба был диспетчером, каких мало, но растущему Мунтяну нужна была дорога. Хотя Биба по-прежнему играл хорошо. Маслов видел еще и футбол будущего, и несоответствие ему части игроков.
Рассуждения Бышовца выглядят логичными и подкрепленными примерами из истории, если не считать одной детали. Своего Мунтяна на замену Лоськову в «Локо» не нашли до сих пор - даже после отставки самого Анатолия Федоровича...
В осеннем интервью журналистам «Спорт-Экспресса» Юрию Голышаку и Александру Кружкову Лоськов выдвинул собственную версию расставания с «Локомотивом».
- Все рухнуло перед первым кубковым полуфиналом со «Спартаком». Ему не понравились мои высказывания в перерыве предыдущего матча с «Москвой».
- Говорят, вы тогда пришли в раздевалку и сказали кому-то: «Когда будешь играть?» Потом повернулись к Бышовцу: «А ты когда будешь тренировать?»
- Чушь. Никогда себе такого не позволю. Субординация должна быть. Сказал я гораздо мягче - мол, нам нужно сменить тактику. «Локомотив» играл в два опорных хава — с Родолфу и Гуренко. Еще и Билялетдинов бегал за своим полузащитником ~ впереди у нас не хватало игроков. Вот я и сказал: зачем Беляшу оттягиваться? Его всегда подстрахуют! Так и вышли играть - весь второй тайм «Москву» за центр не выпускали, правда, закончили 1:1.
Тогда мне Бышовец ничего не сказал. Но после этого было теоретическое занятие, и я все понял: Бышовец двигает фишки, всех называет поименно, а про меня высказался просто - «десятый номер». Понял, что доживаю в команде последние дни. Как заметил сам Бышовец в разговоре с одним из ветеранов: «Тренер может простить игроку все, кроме одного. Если тот умнее тренера. Это тебе на будущее, ты же станешь тренером...» Сказано было по поводу моего выступления в перерыве.
- Кто-то из команды за вас пытался вступиться?
- Вступаться я никого не просил. И не нужно было вступаться. Но ребята, узнав, что от меня избавляются, не хотели выходить на матч со «Спартаком». Спахич, например, сказал: «Играть не буду». Я их убедил: не стоит заниматься ерундой. «Вы играете не за тренера, а за себя и "Локомотив". У вас шаг до финала. С Бышовцем мы сами разберемся». Они вышли - и победили 3:0.
Лоськова после матча с «Москвой» перевели в дубль. Президента Семина об этом, по свидетельству Александра Удалыюва, даже не поставили в известность.
- Когда Лося убрали, даже иностранцы не понимали, что происходит, - сказал также Удальцов. - О'Коннор, Траоре - то есть нападающие, которые знают цену Ди-миным пасам, - подходили ко мне и говорили: «Это наш лучший игрок, почему его убирают?!»
Семин, узнав о происшедшем, молчать не стал. В прессе, разумеется, он не высказался (и вообще ни одного критического слова в чей-либо адрес вплоть до конца сезона не сказал) - но внутри клуба впервые позволил себе вмещаться в дела команды.
- Единственный вопрос, в котором я жестко отстаивал свои позиции, касался продажи Лоськова, - рассказал после окончания сезона Семин. - И единственный игрок, с которым я беседовал, был Лоськов. Он должен был играть за клуб в финале Кубка России. Заслужил выиграть его еще раз. Мы не имеем права разбрасываться такими игроками, как Лоськов, Евсеев, Овчинников. Это же целая эпоха «Локомотива»!
Имеем право, не имеем... Старыми, отжившими кате­гориями мыслите, Юрий Палыч.
Семина уже к тому моменту никто не спрашивал. Ев­сеева из команды выгнали, Овчинникову, вернувшемуся в структуру клуба вслед за Семиным, не давали никакой серьезной работы. Дошла очередь и до Лоськова.
Впрочем, тогда Семину вместе с Липатовым, вставшим в тот момент на его сторону, удалось убедить Бышовца вернуть капитана в команду. И если следующий поединок в Раменском Лоськов вновь пропустил, то в ответном кубковом полуфинале со «Спартаком» как ни в чем не бывало вышел в стартовом составе и с капитанской повязкой.

Наружу из клуба масштаб всех этих перипетий тогда не просочился.
- После матча с «Сатурном» Липатов и другие люди из совета директоров предложили нам с Бышовцем объясниться с глазу на глаз и разрешить конфликтную ситуацию, - рассказал вскоре Лоськов в интервью моему коллеге по «СЭ» Павлу Новикову. - Но в конце той беседы Бы-шовец мне прямо сказал: «Наверное, мы с тобой не сработаемся».
Финал Кубка Лоськов действительно отыграл целиком. Но счет его пребыванию в команде уже шел на дни. Последним для капитана стал матч в Томске, в котором он провел 65 минут и при счете 2:3 уступил место на поле Фини-нью.
Впрочем, шанс остаться в команде у него еще был. «Локомотив», попав в известную ситуацию «послекубко-вого синдрома», начал проигрывать матч за матчем - 0:3 во Владивостоке, 0:1 дома «Амкару», 2:4 в Томске. Все, кто имел хоть какое-то отношение к клубу, знали: если «Локо» в последнем поединке первого круга не сможет обыграть дома «Крылья Советов», то на сбор в Австрию команда отправится без своего главного тренера.
Давид Шагинян говорит:
- После того как вся наша команда - Биджиев, Эшт-реков, Хапов, я -ушла из клуба вслед за Филатовым, я продолжал болеть за «Локомотив», переживать за него. Люди-то родные в нем остались. И единственный момент, когда я, если честно, желал нашим поражения, был тот матч с «Крыльями». Потому что тогда смена тренера стала бы неизбежна, и вся эта кошмарная история закончилась бы. ИЛоськова для «Локомотива», может, удалось бы спасти...
Матч начался с коллективной акции Южной трибуны. За первые пять минут фанаты не проронили ни звука, зато дружно раскрыли газеты и, отвернувшись от поля, принялись их читать. У подножия трибуны был вывешен баннер исчерпывающего содержания: «Это интереснее, чем смотреть на поле». Затем баннер был перевернут, и там обна­ружилось обращение к Бышовцу: «Просто это не твой клуб».
На дворе было 30 июня. Финал Кубка России состоялся 27 мая. В промежуток между ними вошла ничья с «Зенитом» в Санкт-Петербурге и три поражения кряду. Так что когда Анатолий Федорович говорит, что организованная группа фанатов стала его письменно третировать на первом же матче после победы в Кубке, он немного преувеличивает.
После первого тайма казалось, что все решено. Счет был - 0:2. В пользу самарцев.
В тот момент я находился в Одессе, на тренировочной базе местного «Черноморца» в элитном районе Совиньон. Шла тренировка, на которую пришло немало известных в футбольном мире людей. Когда счет стал 0:2, все заговорили о Бышовце как тренере «Локомотива» в прошедшем времени. «Анатолий Федорович хотел своего друга Семена Альтмана (бывшего главного тренера «Черноморца». -Прим. И. Р.) к себе помощником забрать, а теперь уже самому Бышовцу придется ехать помогать Альтману в Ма­риуполь», - острили одесситы.
И только маститый тренер Виктор Прокопенко одер­нул прорицателей: «Не спешите - есть еще второй тайм». Виктору Евгеньевичу, который великолепно выглядел и по обыкновению травил один за другим уморительные анекдоты, оставалось жить полтора месяца...
А в это время Бышовец в раздевалке мрачно говорил игрокам: «Помните: и Иуда, и те, кто предал Цезаря, очень плохо закончили».
Не знаю, это ли грозное предупреждение подействова­ло на футболистов, или что другое - но матч «Локомотив» выиграл со счетом 5:2. В раздевалке после игры Бышовец поймал взгляд Лоськова, которого не было даже в запасе. Нет, уходящий капитан смотрел не на тренера. Бышовец уверяет, что Лоськов волком глядел на автора победного гола Билялетдинова...

Бышовец остался главным тренером. Липатов разос­лал в газеты письмо, в котором утверждал, что ни о какой отставке вопрос и не стоял. Все отлично знали, что это не так.
Спустя пару дней «Локомотив» улетал на сбор в Австрию. Лоськов собирался лететь вместе с командой. Но -не полетел.
- В десять часов вечера накануне вылета в Австрию мне позвонил Липатов и сообщил, что лететь никуда не надо, - сразу после перехода в «Сатурн» рассказал Лоськов в интервью корреспонденту «СЭ» Павлу Новикову. -Он предложил встретиться в среду, чтобы вместе обсудить мое будущее. Мол, и главный тренер обо всем в курсе.
Мне прямо сказали, что главному тренеру футболист Лоськов не нужен, и предложили подыскивать себе новую команду. Сообщили также, что накануне в клуб пришел факс с предложением о моей покупке и что с учетом заслуг перед «Локомотивом» меня готовы продать. К счастью, благодаря быстрой и профессиональной работе мо­его агента Павла Андреева вопрос о переходе в «Сатурн» был решен очень быстро.
- Юрий Семин не пытался вас отстоять?
- В сложившейся ситуации он просто не мог этого сделать.
Еще одну деталь сообщил в интервью «Советскому спорту» защитник Олег Паншнин:
- Мы приехали в аэропорт, чтобы лететь на сбор, -нам сказали, что Дмитрия не будет. А когда у Бышовца спросили, где капитан, он ответил: «Не знаю. Наверное, опаздывает». Только на ближайшем собрании объяснил, что произошло.
Аккурат в тот же день, что Лоськов дал процитированное выше интервью, Липатов оперативнейшим образом собрал в своем офисе журналистов и повернул разговор о продаже капитана в совсем другое русло.
-Мне показалось, что переход Лоськова обретает уже немного фантасмагорические комментарии, и чтобы не будоражить болельщиков слухами, я объясню ситуацию, -заявил Липатов. - Расскажу все, как есть. По важности для читателей, судя по материалам в прессе, эта тема сопоставима даже с завоеванием Сочи права проведения Олимпиады.
Первый разговор о продлении контракта был в начале сезона. Дмитрий намеревался подписать новое соглашение на два года - на значительно лучших условиях (позже Липатов их озвучит - 5 миллионов долларов за два года. -Прим. И. Р.). Новый контракт, скажу прямо, он хотел в два раза лучше прежнего. Поскольку игрок уже не является юным, его карьера выходит на финишную прямую, до­говорились о следующем - судим о возможности таких условий по результату его игры в первом круге. Итог вы знаете - голов он не забил, не отличался хорошим исполнением стандартов. Поговорили с ним после первого круга, и я, памятуя о его заслугах, предложил однолетний контракт плюс деньги, которые несколько отличались от его пожеланий.
- Что ответил Лоськов?
- Сказал, что подумает. Потом до меня стала доходить информация, что он ведет переговоры с другими клубами. Не придавал этому значения до тех пор, пока мне не позвонил один из агентов (Павел Андреев. - Прим. И. Р.) и сказал, что он будет вести переговоры о продлении контракта с Лоськовым.
Кроме того, этот агент упомянул в разговоре со мной один из клубов, который интересуется Лоськовым. Я попросил прислать это приглашение. И получил его. Это было приглашение от «Рубина». Поэтому я позвонил Дмитрию, попросил его не лететь на австрийский сбор, остаться в Москве и прийти на встречу, чтобы еще раз обсудить ситуацию. Мы в клубе собрались, обговорили все моменты, в том числе и с президентом Юрием Семиным.
На встрече Лоськов и его агент повторили требования по срокам контракта и его сумме - мы сказали, что их не принимаем. Наше предложение осталось в силе - однолетний контракт. На следующий день возник «Сатурн», куда Лосъков и перешел. Сумма трансфера - два миллиона долларов. Была предложена эта сумма - мы ее приняли. Если бы вопрос компенсации за игрока стоял жестко, то мы бы пошли, возможно, на обнуление контракта (это означает, что тогда Лоськов ушел бы в «Сатурн» свободным агентом и бесплатно. - Прим. И. Р.).
- Бышовец был готов к уходу Лоськова? -Анатолий Федорович был проинформирован, его мне­ние учтено.
- Был ли конфликт у Бышовца с Лоськовым?
- Что такое конфликт тренера и игрока в цивилизованном клубе, к коим мы относим и «Локомотив»?
- К примеру - недовольство тренера футболистом, с которым тот не согласен. И в знак этого несогласия игрок покинул тренировку.
- Подобного у нас не было. Тренировок никто не покидал. Доминирующее начало в команде - тренер. Он говорит, как тренироваться. Поэтому конфликта не могло быть в принципе - в случае недовольства игроку было бы сказано: «Свободен!» Но какие-то трения в команде, конечно, существовали. А вы думаете, их сейчас не существует? Это же нормальные эмоции!


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 19:48


Итак, Липатов вывернул «штурвал» лоськовского ухо­да в сторону денег. Дескать, только они и стали причи­ной смены клуба одним из лучших футболистов в его истории. А с тренером никакого конфликта не было и быть не могло.
Бышовец эту тему подхватил. Вообще-то он на лось-ковско-евсеевскую тему вплоть до конца сезона подробно не высказывался, но на встрече в редакции «Советского спорта» заявил следующее:
- Как я понял, Лосъков выбрал себе определенные условия в новом клубе. Вот и все. У меня как у тренера выбора не было - я должен ориентироваться на игроков, которых интересуют не столько деньги, сколько победы. Футболистам я всегда объясняю: победы сами по себе являются гарантией благополучного будущего. А когда ты хочешь только денег, не факт, что ты их получишь.
- Уход Лоськова в «Сатурн» - это бизнес-решение самого Дмитрия, а не ваше тренерское?
- Я не могу это комментировать, поскольку решение о расставании принималось советом директоров клуба без меня.
И все же - разногласия с тренером или условия кон­тракта стали главной причиной ухода Лоськова из «Локо­мотива»? Пусть каждый, услышав все мнения, решает сам. Лично мне кажется, что со стороны клуба в любом случае было некрасиво выносить финансовую тему на общее обозрение. Слишком много сделал Лоськов для «Локо», чтобы с ним нельзя было попрощаться более цивилизованным и красивым способом. Если вообще в этом прощании была необходимость...
Липатов решил все свести к «золотому тельцу». Что ж, его право. Возможно, он, бизнесмен, привыкший мыс­лить в первую очередь сугубо практическими категория­ми, действительно так думает. Но дальнейшие события покажут, что на болельщиков эти откровения председате­ля совета директоров оказали эффект, противоположный ожидаемому. Яростная поддержка Лоськова - даже в ущерб «Локомотиву»! - во время матча с «Сатурном» в Черкизове четко продемонстрирует, чью сторону взяли фанаты. Банальным рвачом капитана выставить не уда­лось.
После окончания сезона сам Лоськов в интервью Юрию Голышаку и Александру Кружкову для «Спорт-Экспресса» внес ряд еще очень важных штрихов во всю эту отнюдь не романтическую историю.
-Для меня самого было лучше уйти. Если тренер утверждает, что я ему не нужен и до конца сезона он намерен держать меня в дубле, -мне-то это зачем? Ради зарплаты? Это были бы потерянные полгода.
- В «Локомотиве» пытались объяснить ваш уход требованием повысить зарплату вдвое.
- Могу рассказать, как все происходило. Весной, перед сезоном, встретились с начальством. «Мы с тобой подпишем новый контракт, -говорят. -Зарплата будет увеличена вдвое». Присутствовали при этом разговоре Бышовец с Липатовым. Прошло какое-то время, и мне сказали уже другие слова: «Пока ничего подписывать не станем. Полгода будем платить тебе зарплату по прежнему контракту, а дальше подумаем, заключать ли новый. Но если хочешь уйти - пожалуйста. За твои заслуги перед "Локомотивом " можем летом отпустить. За два миллиона...» Вскоре пришел факс из Казани - «Рубин» готов был заплатить эти деньги. Начал я собирать чемодан. И вдруг возник вариант с «Сатурном». Все решилось буквально за три часа.
-Давайте представим ситуацию: меняется тренер в «Локомотиве». Приходит новый и говорит «Сатурну» - спасибо, заберите назад ваши миллионы и верните нам капитана. Как отреагировали бы?
- Уверен, что такого не будет. В «Локомотиве» и без меня хорошая команда. Да и если бы руководство хотело, меня бы оставили.
Что же мы имеем? Лоськов заявляет, что новый кон­тракт с «Локомотивом» на его условиях ему пообещали -но потом взяли свои слова обратно. А также что не «Са­турн» предложил два миллиона, а «Локомотив» выставил такую сумму отступных. И, наконец, что если бы руко­водство железнодорожников хотело, то оставило бы его в команде.
Липатов утверждает, что это Лоськов требовал удво­ения суммы контракта, а клуб на это не пошел. И что «Локомотив» при необходимости готов был расстаться с капитаном и бесплатно. А игрок сам сделал свой вы­бор...
Правду знают только три человека, присутствовавшие на переговорах в начале сезона, - Лоськов, Липатов и Бышовец. Вам же, уважаемый читатель, остается выбрать того, кто симпатичнее, - и поверить ему на слово. А противоположной стороне - соответственно, не пове­рить.
Свой взгляд на описанную выше ситуацию - у Дави­да Шагиняна.
- Не сомневаюсь: Лоськова, как и Евсеева, убрали не без помощи руководства клуба. Это было одной из их задач - омолодить команду. Но это - опять же от непонимания футбола, от невозможности здраво оценить, от кого они избавляются. Лоськов - это легенда «Локомотива». Человек, каких в футболе единицы. В конце сезона 2006 года мы с Валерием Николаевичем, наоборот, обсуждали, чтобы следующий год сделать «годом Лоськова». Сделать так, чтобы о его уникальности как можно больше писали, приводили в пример молодым. Потому что юные игроки в клубе должны расти на каких-то настоящих ценностях. Новое руководство решило иначе. Бышовец не мог убрать Лосъкова без Липатова. Тренера просто выставили в этой ситуации крайним.
Лоськов заключил с «Сатурном» контракт на три года. Удивительно, что на стороне капитана оценили намного выше, а перспективы его - втрое дольше, чем в родном клубе.
Достойной замены плеймейкеру и капитану пока так и не нашли. На роль мозга команды в межсезонье-2008 взяли из «Крыльев Советов» Муджири - неплохого, но отнюдь не блестящего игрока, которому к тому же 30 лет. И это -омоложение? Капитаном же стал действительно игрок молодой - Динияр Билялетдинов.
С ним я в нынешнем январе поговорил и на эту тему.
-Насколько комфортно вам было принимать у Лоськова капитанскую повязку?
- Если честно, никакого комфорта не было. Не понимал, зачем это нужно, недоумевал, почему именно я. Рассчитывал на Гуренко, но он сказал: «Динияр, надевай повязку». И сам Лось заявил то же самое, причем в довольно жесткой форме. Это был выездной матч с «Сатурном». «Выводи команду и смотрите там не чудите, не надо никаких фокусов», - сказал он.
- К Бышовцу вы стали относиться иначе после расставания с Лоськовым?
-Не знаю, какие разговоры состоялись у Бышиовца сначала с Евсеевым, а затем с Лоськовым, из-за чего возникли конфликты. Мне кажется, если точек соприкосновения не нашлось, виноваты обе стороны. Но естественно, что когда подобным образом обставляется расставание с такими людьми, отношение к тренеру меняется со стороны и болельщиков, и друзей команды, и некоторых игро­ков. Бесследно такие вещи не проходят. Виноват оказывается тренер.
- Насколько это справедливо?
-Не берусь рассуждать, потому что не знаю, чем в действительности руководствовались обе стороны. Возможно, для Димыуход в «Сатурн» стал оптимальным выходом, он говорит, что чувствует там себя нормально. Евсеев оказался там же более сложным путем. Никто не запихивал их туда насильно. И все оке не думаю, что они ушли вовремя. Оба могли бы еще ой-ой-ой как пригодиться «Локомотиву». Но это жизнь.
- Как проходили выборы капитана?
- На базу приехали Липатов и кто-то еще. Раздали листочки, провели голосование. Но я уже понимал, что капитаном быть мне. Команда так была настроена.
- А почему Гуренко отказался?
-Думаю, в знак солидарности с Лосем. Это моя версия. Нельзя заставлять кого-то быть капитаном. Но если люди тебе уже доверили, отказываться, полагаю.тоже нельзя. И я согласился.
Почему Билялетдинов понимал, что капитаном быть ему, мне удалось выяснить у одного из игроков, пожелав­шего остаться неназванным. Накануне выборов футболи­сты узнали, что Липатов планирует сделать капитаном своего любимчика Эмира Спахича.
О том, почему россиянам из «Локо» такой вариант развития событий не мог привидеться и в страшном сне, мы еще поговорим. Суть же рассказа моего собеседника была в том, что, получив эту новость, все локомотивцы-нелеги-онеры провели «летучку» и постановили: голосовать будем за Билялетдинова.
Но почему же отказался опытнейший Сергей Гуренко? Мы побеседовали с ним самим об этом в январе на сборе в Турции.
- Почему после ухода Дмитрия Лоськова капитаном команды стали не вы?
- У меня не было такого желания. Прекрасно понимал, что в любой момент точно так же могу уйти, а настоящий капитан не должен выбираться, допустим, на полгода. Тогда ведь у меня даже контракта на следующий сезон не было. Капитан должен выбираться на годы, должен мужать, взрослеть с командой. Считаю, что Динияр Билялетдинов на сегодняшний день - самая дос­тойная кандидатура на эту роль.
- Тем не менее он сам говорил, что эта ноша оказалась для него очень тяжелой.
- Это нормально. Не знаю человека, который, став в таком возрасте капитаном, был бы к этому готов. Мы, ребята постарше, должны ему в этом деле помочь. Повлияло на Динияра и то, что творилось в это время в команде. Если бы в ней был порядок, Билялетдинову было бы гораздо легче. Думаю, что за этот год он основательно возмужал. А я... Я всегда был игроком со своим мнением - даже без капитанской повязки. Меня такое положение вполне устраивает.
Летом, во время периода дозаявок, возник вариант с переходом в «Рубин». Все то, что происходило в команде, наложило на мое настроение отпечаток. Возник психологический стресс, плюс уход Димы Лоськова... Честно говоря, подумывал сменить обстановку. Переговорил с Юрием Павловичем, с акционерами. Они все сказали: мы на тебя рассчитываем, ты нам нужен. И все-таки подписал контракт еще на год.
-Глядя на Лоськова, который в Турции не раз приходил к вам в гости, какие чувства испытываете?
- Конечно, Димы не хватает! Уверен, он помог бы и в прошлом году, и сейчас. Не так много есть фут­болистов, которые бегают с двумя глазами на за­тылке.
-А как же разговоры, что-де он уже не тот, и скорость у него упала, и замедляет он уже игру?
- У него никогда особой скорости не было, зато было совсем другое. Проблемы в прошлом сезоне у Димы тоже, считаю, возникли из-за психологического надлома. Это шло от головы, а не от плохой формы. При Муслине он почему-то носился, отдавал, забивал. И вдруг - бах! — и все пропало? Так не бывает. Мы - зависимые люди. Зави­симые от команды.
- Приятно, что сЛоськовым, в отличие от прошлого года, можно не таясь посидеть и пообщаться в холле отеля?
- По-другому и не может быть. А в прошлом году, думаю, Диме самому было бы неприятно появиться в команде.
- В одном из интервью Лоськова промелькнула мысль: мол, ситуацией с Евсеевым нас проверяли на «вшивость», и когда команда не стала его отстаивать, Бышовец понял, что с ветеранами можно расправляться поодиночке.
- Кто-то посчитает меня неправым, но думаю вот как. Все мы, футболисты, рано или поздно уйдем. Руководители клуба посчитают, что надо освежить команду, и нам в ней уже не место. И если при каждом таком случае команда будет вставать и говорить: «Нет, он должен остаться!» - начнется бардак.
Обычная история: приходит новый тренер и говорит: «Этого футболиста в своей команде не вижу». Если в ответ команда примется восставать, результата никогда не будет. По моему личному мнению, демонстрации в таких случаях делу не помогут и ничего не решат. Проблема не в уходе Евсеева или Лоськова - все мы в конце концов уйдем. Проблема в том, как это происходит, как прощаются с людьми, которые столько сделали для клуба. А дебоши и смуты к добру не ведут.
Зимой 2008 года Лоськов и «Локомотив» на моих гла­зах... воссоединились. Нет, конечно, экс-капитан не вер­нулся в команду - это было невозможно. Но в один из ве­черов он приехал в расположение своего бывшего клуба. Его тут же окружило полкоманды, и вплоть до отбоя они общались, смеялись, что-то обсуждали...
Через пару дней я спросил Дмитрия Сычева:
- В прошлом году, думаю, Лоськову после ухода из команды и в голову бы не пришло приехать в располо­жение «Локомотива». Так?
- Естественно. Как и Евсееву (Вадим также приезжал к «Локо» двумя днями ранее. - Прим. И. Р.).
- С Лосъковым команда на днях общалась аж до 11 вечера.
- Так ведь столько времени человек в «Локомотиве» играл! Душа команды, компании. Невозможно его вычеркнуть, отрезать. Мы продолжаем переживать за него и думать о нем так, как будто он остается частью коллектива. Странно и противоестественно, что Дима носит теперь другую футболку. Разговариваешь с ним и ловишь себя на мысли: вот же он, сидит рядом, как он может играть где-то еще? Но форма - другая...
- Если бы в силах Рахимова было его вернуть, по-вашему, это произошло бы?
-Думаю, да.
Косвенно подтвердил мне это и сам новый главный тренер «Локо». В конце сбора я задавал ему вопросы бо­лельщиков, присланные на мой блог в рамках интернет-портала «СЭ» (blog.sport-express.ru/users/rabmer/). Один из вопросов звучал так:
- Жалеете ли вы, что в вашем распоряжении нет Лоськова?
Рахимов ответил: «Дима - очень хороший футбо­лист и многое сделал для "Локомотива ". Так случилось, что он ушел из клуба, но, конечно же, такой футболист никогда не помешает и всегда может помочь команде».
Прямо сказать: да, мол, жалею - тренер не мог. Это могло бы быть воспринято как жалоба. Но необходимость Лоськова «Локомотиву» Рахимов без обиняков подтвердил...


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 20:06


...Мало кто сомневался, что Черкизово встретит их именно так. Дмитрий Лоськов и Вадим Евсеев остаются для болельщиков «Локомотива» олицетворениями золото­го века красно-зеленых - и бурная овация, которой фанат­ская Южная трибуна встретила объявление фамилий но­воиспеченных игроков «Сатурна», стала лишним тому подтверждением.
Лоськову же был подготовлен и вовсе царский прием. Перед стартовым свистком фаны развернули (и весьма, надо сказать, похожий) портрет полузащитника с чемпи­онским кубком в руках, сверху и снизу от которого в двух длиннющих строках были прописаны все достижения экс-капитана «Локо». Не были, правда, упомянуты два выхода из группы Лиги чемпионов. А ведь трудно забыть, к примеру, победу в Стамбуле над «Галатасараем», когда Лоськов с Евсеевым не посчитались с лозунгом тамошних ультрас: «Добро пожаловать в ад!» - и забили оба локомотив-ских гола...
В 2007-м «Локомотив», прочно осевший в середине таблицы, мог о таком только мечтать. Вот в конфликте между недавними лидерами и тренером болельщики и выбрали первых. Вот и скандировали: «Дмитрий Лоськов!» вплоть до стартового свистка (сразу вспомнилось аналогичное спартаковское «Тихонов навсегда»). Вот и аплодировали Лоськову - пусть не все, но многие - после забитого в ворота их любимой команды пенальти. Кстати говоря, крайне сомнительного.
Этот пенальти, эту радость Лоськова и эти аплодисменты собственных фанатов Бышовец запомнит надолго...

Во время предматчевой разминки за полчаса до игры Лоськова и Евсеева окружили бывшие партнеры по команде. Хлопали по плечам, обнимали, о чем-то спрашивали... Самедов с облегчением вздыхал, узнав, что Евсеев будет играть не на его фланге. Ведь Лоськов к тому времени уже успел всех застращать: «Шипы у Вадика уже готовы». А Вадик, который проводил свою первую игру за «Сатурн», добровольно поселился на тренировочной базе - чтобы получше подготовиться к игре - за пять дней. При том, что предматчевый сбор начинался за день...
Заряженность экс-железнодорожников на бой стала очевидна уже на первых минутах. За считанные секунды Евсеев в жестком подкате отобрал мяч у Янбаева, а потом Лоськов сфолил на своем преемнике на посту капитана -Билялетдинове. Причем накладка, которую сделал бывшему партнеру Лоськов, была настолько жесткой, что Билялетдинов, рассказывают, крикнул ему: «Ты что делаешь?» У Бышовца в тот момент возникло недоброе чувство: эти волки наших волчат загрызут... Вскоре Евсеев, толкнув Сычева, получил желтую карточку. А Лоськова, столько раз отбирающего мяч в жестких стыках, я не видел, наверное, ни разу за карьеру.
В начале матча казалось, что «Локомотив» готов к большим делам - он создал, но и упустил, два голевых момента. Но первая же серьезная контратака «Сатурна» на 23-й минуте оказалась для хозяев фатальной. И кто был ее зачинателем? Конечно, Лоськов! Фирменным длинным пасом он «вырезал» мяч на ход Чеснаускису - и спустя несколько секунд Кириченко был сбит в штрафной «Локо». Пенальти судья Тимофеев назначил без колебаний, и игроки «Локомотива» особо не возмущались: этот 11-метровый был бесспорным. Кириченко не оставил Пелиццоли ни шанса.
- Лоськов - футболист, обладающий интеллектуальным потенциалом, которым нельзя разбрасываться, -скажет после матча Гаджи Гаджиев. - Таких игроков немного -и в России, и за ее пределами. Главная причина, почему «Сатурн» приобрел Лоськова - его футбольный интеллект.
Спустя девять минут настало время второго пенальти. На сей раз - откровенно притянутого за уши. Тут уже атаковать Тимофеева принялась половина «Локомотива», и Южная трибуна откликнулась: «Судья - убийца!» Тем не менее Лоськову, которому партнеры предложили пробить пенальти, и тот спокойно отправил мяч в нижний угол, фанаты при объявлении автора гола похлопали.
Эта овация, тем более после «левого» пенальти, вы­звала потом немало споров среди болельщиков, да и игро­ков тоже. Билялетдинов, например, такого поведения фа­натов не понял, сказав мне во время январского сбора 2008 года в турецком Гейнуке:
- Мы вправе ждать, что наши поклонники будут за нас болеть. Приветствую шуточные баннеры, очень зо-рово получилось на матче с «Крыльями», когда вся трибуна демонстративно читала газеты. Но когда выходишь на матч, и тебе свистят, а сопернику аплодируют...
Сергей Гуренко, с которым мы пообщались в те же дни, придерживается другой точки зрения.
- Как отнеслись к поддержке в адрес его и Евсеева со стороны болельщиков «Локо» во время матча в Черкизове? Огромный портрет Лоськова, куча баннеров...
- Это говорит о том, что у нас хорошие болельщики. Они помнят людей, которые отдали свои лучшие годы этой команде и принесли ей самые значимые победы. Как они должны были отреагировать на такую ситуацию?!
- Некоторые игроки и фаны считают иначе. Мол, Лоськов с Евсеевым представляли соперника «Локомотива», и, поддержав их, авторы баннеров выступили против родного клуба.
- Не согласен. Лоськов с Евсеевым для болельщиков «Локомотива» останутся своими навсегда, и ничего зазорного в их поведении во время того матча не вижу.
После матча разъяренный Бышовец зашел в пресс-центр лишь для того, чтобы сделать короткое заявление - после которого, не дожидаясь вопросов журналистов, по­кинул зал. Звучало оно так:
- Успех и слава проверяются ценой достигнутого. Цена сегодняшнего матча, считаю, - позор, который устроил судья. Он сломал нашей команде всю игру. Можно ведь было еще дать пенальти за снос Осазе (Одемвингие. -Прим. И. Р.), и Кински ударил в лицо Ивановича... Жаль, что мы сегодня проиграли, но к этому надо было быть готовым. И я был к этому готов.
Эмоциональность Бышовца можно было понять. Но игра-то у «Локомотива» рассыпалась не после второго, а после первого пенальти! В 9-минутном промежутке меж­ду ними «Сатурн» мог забить еще дважды. Первый гол хозяев морально раздавил - что, видимо, и учла впослед­ствии экспертно-судейская комиссия, отказавшаяся выставлять арбитру Тимофееву неудовлетворительную оценку. На том основании, что на результат матча-де второй пенальти не повлиял. Логика, конечно, странная - останься счет 0:1, и у «Локо» шансов его сравнять было бы куда больше, чем при 0:2.
Но такой вот он удивительный, наш футбол...
С другой стороны, разве счет 0:2 на своем поле - смертелен? Разве с «Крыльями» команда Бышовца не превратила его в 5:2, а со «Спартаком» - в 4:3? А у «Локомотива» за все оставшееся время - почти полтора тайма - был всего один момент.
«Позором» было не только и не столько судейство Тимофеева. «Позором» было восьмое поражение в чемпионате при едва ли не лучшем (а по мнению Филатова, Лоськова и Овчинникова, так и вовсе лучшем) в стране составе. «Позором» было то, что после первого же пропущенного гола команда бросила играть.
В концовке первого тайма Евсеев выбрасывал мяч из-за боковой линии прямо напротив скамейки «Локомо­тива». Такого момента он упустить не мог. Повернувшись к Бышовцу, он бросил ему: «Ну что, обос.. .лись?!» После игры последует продолжение...

На перерыв Лоськов уходил, ведя дружескую беседу с Асатиани, Самедовым и Спахичем. Не верилось, что они -по разные стороны баррикад.
Когда на 79-й минуте Немов заменил Лоськова, Юж­ная трибуна «Локо» проводила экс-капитана овацией и распеванием фамилии. А что началось после финального свистка!
Для затравки Евсеев в центре поля исполнил какой-то аборигенский танец. Лоськов, поаплодировав сначала сатурновскому сектору, затем, к ликованию болельщиков «Локо», пошел к Южной трибуне. Обнявшись со всеми бывшими партнерами, экс-капитан отсалютовал красно-зеленой торсиде. Но, будучи человеком сдержанным, сделал это спокойно. В отличие от Евсеева. Тот совершил забег вдоль трибун, который в разговоре со мной сам позже назовет «кругом почета». А по пути в пояс кланялся каждому сектору. И трибуны запели: «Ва-адим Евсеев!»
«Я должен был с ними попрощаться!» — заявил позже Евсеев. А болельщики «Локо», приветствуя его и Лоськова, прощались со своим золотым прошлым. Будущее оставалось в тумане.
А Вадим тем временем не желал успокаиваться. Уже в коридоре, ведущем к раздевалкам, он прорычал в адрес Бышовца грозное: «Со...ть!»
И тут неожиданно повел себя главный тренер «Локо­мотива».
- В вашей раздевалке это хорошо было слышно? -спросил Дмитрия Сычева в интервью журналу «РроСпорт» мой коллега Роман Трушечкин.
- Ха-ха, да, хорошо. Но он это кричал не всему «Локомотиву», а одному человеку. Потом Анатолий Федорович зашел в раздевалку и спросил: «Слышите? Думаете, это он мне кричит? Нет, это он вам». Но мы-то понимали, что Еве кричит ему. Потом с Вадиком разок встретились, и он подтвердил: мы все правильно думали. Такая вот не­приязнь у него к Бышовцу.
- Говорили, что не все игроки это поняли и жутко обиделись на Евсеева.
- Да нет! Мы знаем Вадика много лет как доброго и отзывчивого человека. Который не способен сказать такое тому, с кем долгие годы ел один хлеб.
Нет сомнений, что Лоськову с Евсеевым хотелось не только обыграть «Локо» в очной встрече, но и занять вместе с «Сатурном» более высокое место в итоговой таблице чемпионата-2007. И им это удалось: подмосковный клуб впервые в своей истории поднялся на пятую строчку, железнодорожники стали седьмыми. Хуже результата за всю постсоветскую историю эта команда не показывала...
В завершение рассказа о том удивительном матче приведу рассказ Александра Удальцова, который выходит далеко за рамки поединка «Локо» - «Сатурн». Отношение не только пресс-атташе, но и большой группы старых работников клуба к Бышовцу выражено в нем весьма ясно.
- Поднимаемся с Анатолием Федоровичем после матча с «Сатурном» с пресс-конференции к раздевалкам, и он говорит: «Александр, а вам не кажется, что, когда соперники после игры обнимаются, это выглядит немного странно?» Отвечаю: «Рауль с Фигу тоже обнимались после матча "Реал " - "Барселона "». Бышовец многозна­чительно заметил: «Нет, это немного разные вещи».
Он во всем видел подвох, а в каждом человеке - заговорщика. Вначале, когда он искал моего расположения, я слышал от него такие фразы: «Александр, вам есть чему у меня поучиться. Держитесь меня - и все будет хорошо». А потом он заговорил в разных кабинетах обо мне уже по-другому. По его мнению, я с подачи Семина каждый день настраивал против него прессу и подговаривал журналистов, чтобы они писали о Бышовце гадости. А еще один работник клуба - Овчинников — опять же по инициативе Семина подговаривал всех ветеранов команды «сдавать» игры - и тогда Бышовца уберут.
После очередного домашнего проигрыша в середине сезона он пошел к Липатову: «Я в таких условиях работать не могу!» Потребовал, чтобы нас с Овчинниковым уволили. Красновский вызвал Босса и сказал: «Мы знаем, чем ты там занимаешься. Еще ветеранов будешь подговаривать - мы с тобой вопросы по-другому будем решать». Только Семин нас тогда и смог отстоять.
Но больше всего мне жалко ребят, которым приходилось общаться с Бышовцем каждый день. Не может нормальный человек терпеть, когда живет как в тюрьме. Когда до такой степени боится быть подслушанным помощниками главного тренера, что во время любого телефонного разговора включает душ. С Маминовым ведь так и произошло: на предсезонке он разговаривал по телефону, и черт его дернул сказать: «У Муслина тренировки интереснее были». И вплоть до осени претендентом на место в составе Володя быть перестал.
Из всех помощников Бышовца только один был нормальный - Валерий Клейменов, тренер вратарей. Когда всю их бригаду уволили, он позвонил Бышовцу и спросил, как ему быть дальше. Анатолий Федорович ответил: «Вот вы там общались со своими друзьями-футболистами, дальше и общайтесь. До свидания». А все общение заклю­чалось в том, что игроки именно к Клейменову подходили и спрашивали, во сколько завтра тренировка. Не к самому же Бышовцу или Лютому подходить! Одно только для игроков было хорошее в Бышовце - премиальные...
Не собираюсь ни соглашаться во всем с пресс-атташе клуба, ни опровергать его. Цитирую его как очевидца многого из того, что происходило в команде.
В общем-то его свидетельства мало отличаются от того, что говорят Лоськов или Евсеев. Противоположную точку зрения в своем впечатляющем монологе на страницах этой книги представляет сам Бышовец.
Кому верить - решайте сами.

У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 20:14

Глава VIII
УЖАС БЕЗ КОНЦА




Продажа Лоськова стала водоразделом. До известия о вынужденном уходе капитана фанаты хоть и недолюбливали Бышовца, но открытой обструкции ему не устраивали. Все, что можно вспомнить, - это скандирование группы болельщиков: «Славо Муслин» во время матча с «Ам-каром», а также уже упомянутый баннер «Просто это не твой клуб» на игре с «Крыльями».
Но с того момента, когда Лоськов стал игроком «Са­турна», Южная трибуна Черкизова объявила Бышовцу войну. Начиная с матча против ЦСКА 22 июля, рефрен «Пора в отставку!» стал непременным «музыкальным сопровождением» каждого домашнего матча «Локо».
Причем война Бышовцу была именно объявлена. Официально. Правда, не самому Анатолию Федоровичу, а Липатову. 12 июля, перед началом второго круга, в неформальной обстановке состоялась встреча председателя совета директоров с лидерами фан-группировок.
Председатель клуба болельщиков «Локомотива» Сер­гей Савченко, работавший в нем с 1996 года до 31 января 2008-го, в декабре прошлого года в интервью «Советскому спорту» рассказал:
- Мы заявили, что Анатолий Федорович - не тот тренер, который должен возглавлять команду «Локомотив». После той встречи с Липатовым нам запретили рисовать баннеры на стадионе, где у нас было свое помещение...

Отношения с Бышовцем у фанатов, по словам Савченко, не сложились с самого начала.
- Весь сезон нам в клубе не оказывали никакой поддержки. Взять хотя бы придуманные мною открытые тренировки, которые при Семине или Муслине были обычным делом. При Бышовце такая тренировка была одна - Семин упросил Анатолия Федоровича. Пришло 150 болельщиков, но в воздухе ощущалась такая напряженность, словно начались военные действия. Бышовец отвел футболистов на дальний конец поля, к нам никто не подходил, никаких автографов, фотографирований, как раньше это практиковалось, не было и в помине.
- С руководством клуба не пытались объясниться?
- На той летней встрече с Липатовым представители всех группировок высказывали ему свои пожелания. Ни одно из них так и не было реализовано. Да что там говорить - весь сезон любые наши просьбы игнорировались. У нас с января 2007 года не работают компьютер и факс. Не раз писал по этому поводу служебные записки. Думаете, что-нибудь изменилось? Или вот еще ситуация: чле­нам Клуба болельщиков «Локомотива» железнодорожные билеты на выездной матч предлагались дороже, чем в вокзальных кассах. В итоге организованных поездок просто не стало. В Пермь и Самару, на наши последние гостевые матчи, болельщики добирались сами.
Когда клуб возглавляли Валерий Филатов и Юрий Семин, все было по-другому. Нам доверяли, помогали, поддерживали. И в этом году Семин тоже делал для нас все, что мог. Но его возможности были небезграничны. А другие люди нам потом сказали: это прежде «Локомотив» был семьей, сейчас ни о какой семейственности и не думайте. Почему? Разве плохо было раньше? Тем более если все члены семьи - профессионалы?..
- Валерий Филатов приходил в клуб к восьми утра и уходил последним, когда темно уже было, - вступил в разговор бывший помощник Савченко Андрей Пугачев. -А Сергея Липатова мы в офисе за минувший год не видели ни разу. Хотя, конечно, он ведь общественник, зарплату в клубе не получает... Во всех интервью Липатова звучит мысль: мы строим клуб европейского уровня. При этом забывается, что такой клубу нас уже был. Он регулярно участвовал в Лиге чемпионов, и «Милан» с «Реалом» к нам приезжали не за сумасшедшие деньги (как на Кубок РЖД, бюджет которого составлял 6 миллионов евро. - Прим. И. Р.), а бесплатно-Июльская встреча фанатов с Липатовым была вполне миролюбивой. Более того, на одном из болелыцицких сайтов мне довелось прочитать о теплой и дружественной обстановке, о найденном между ними общем языке.
И сам Липатов остался общением с болельщиками доволен. В интервью «СЭ» он сказал:
- Затея себя полностью оправдала. Лично я остался доволен этой встречей, потому что узнал для себя много нового. Она была начисто лишена всякого официоза, поэтому больше походила на товарищеский непринужденный разговор на злободневные темы, который длился четыре с половиной часа. На встречу мы пригласили 20-25 активистов и лидеров фан-движения. Очень разумные, вдумчивые люди. Знаете, что они мне сказали в конце встречи? «Да пусть только команда играет нормально и выигрывает. И не услышите с трибун ни одного худого слова!»
О том, что произошло дальше, мне рассказал Александр Удальцов:
- Липатов на той встрече наобещал болельщикам золотые горы. Футбольная команда нашего фан-клуба выиграла турнир в Геленджике, который организовывал РФС -и Сергей Владимирович заявил: «У меня "ТрансТелеКом" спонсирует чемпионат Европы по мини-футболу в Сочи, мы вас туда отправляем». «Завтра сделаем на официальном сайте форум, где вы будете писать непосредственно мне, и я буду ваши вопросы решать за 20 минут». «Мы специально для вас будем прицеплять пять вагонов на каждый выездной матч». Ни одного обещания он не выполнил.
Кстати, первая же его фраза на той встрече была такой: «Вы с ним или со мной?» «С ним» - это с Семиным...
Когда фанаты начали ругать Бышовца, Липатов их... поддержал. Причем об Анатолии Федоровиче несколько раз отозвался, используя нецензурные выражения. Болельщики действительно думали, что он на их стороне...
Там же он сказал: мне, мол, наплевать на ваши банне-ры. Что хотите - то и пишите. А на следующий оке день вызвал начальника службы безопасности Мележикова и сказал: «Если еще хоть один критический баннер про меня появится, тебе конец». Тут же опечатали помещение на стадионе, где фанаты эти баннеры рисовали.
- А как они потом проносили баннеры на арену?
- Давали деньги милиции. Когда Мележиков видел -тут же прибегал и баннеры забирал. Огромный портрет Лоськова перед матчем с «Сатурном» рисовали всю ночь. Кучу денег милиционерам оставили — 40 тысяч рублей. Каждому - по сто долларов...
А на той встрече Липатова с болельщиками еще много чего интересного прозвучало. Его спросили: «Почему Поляков в воротах не стоит?» Ответ был такой: «Он в 2006-м игру "Динамо " сдал. Пока я в "Локомотиве ", Поляков играть не будет».
Сразу из нескольких источников в клубе мне стало известно, что по схожим причинам в нынешнее межсезо­нье Липатов отказался брать в команду из «Кубани» вра­таря сборной России Владимира Габулова, перешедшего в итоге в пермский «Амкар». Якобы председатель совета директоров убежден: Габулов - человек, который все делает под диктовку Валерия Газзаева. И, когда это окажется очень нужно, пропустит от ЦСКА решающий гол...
Тут только и остается, что процитировать Сергея Ов­чинникова, рассуждавшего в разговоре со мной как раз на эту тему:
- Чтобы так рассуждать, надо самому таким быть! Если ты допускаешь плохие поступки в отношении себя, значит, мог бы совершить их и сам.
Кстати, молниеносную комбинацию по переходу Габулова в «Амкар» разыграл бывший технический директор «Локомотива» Хасан Биджиев, ныне - спортивный директор пермяков. Он же убедил руководство «Локо» за крайне незначительную сумму расстаться с 21-летним нападающим Николаем Жиляевым. Шансов пробиться в основной состав у форварда не было никаких, и попрощались с ним в Черкизове без особых сожалений. В результате в первых же двух турах чемпионата-2008 «Амкар» одержал две по­беды в гостях, Габулов не пропустил ни одного мяча, а Жиляев забил два гола. Габулов, который защищал ворота сборной России в знаменитом победном матче с англичанами, наверняка поедет на чемпионат Европы. В то время как голкиперу Ивану Левенцу, перешедшему в «Локомотив» как раз из «Амкара», о такой перспективе вряд ли приходится даже мечтать.
Но это так, к слову.
.. .Какие отношения сложились между фанатами и клубом во второй половине прошлого сезона, из приведенных бесед понять несложно. Бышовец же в интервью газете «Спорт-Уикэнд» зимой 2008-го сформулировал свое видение ситуации следующим образом:
- Никак не мог себе представить, что наше сотрудничество с Семиным в конце концов превратится в его «реанимацию» на тренерском поприще. По крайней мере, таковы были усилия со стороны определенных футболистов. И желания болельщиков, с которыми контактировали Семин, а также Лоськов, Евсеев и Овчинников. Есть основания для того, чтобы сказать: поведи эти люди себя иначе - не было бы клеветы, грязи и всех предпосылок для того, чтобы дестабилизировать ситуацию в команде. На следующем матче после выигрыша Кубка висел баннер: «Бышовец —уходи». Те же болельщики, которые вывешивали баннер, рассказывали, как они хорошо контактировали с Семиным. Это же была акция!
Пресса тоже сыграла свою роль. Я бы назвал это психологическим давлением, когда человек чувствует, что у него уходят рычаги управления командой. Точно так же, как Овчинников, Евсеев и Лосъков говорили, что мы, мол, ничего не делали, не посоветовавшись с президентом клуба. Тогда я задаю вопрос: та клевета и ложь, которые были выплеснуты в прессе и дестабилизировали обстановку в команде — это контакт или нет? Причем я не обвиняю упомянутых мною людей, а всего лишь их цитирую. Вывод - пускай все делают сами. Мы с Семиным практически не общались. Были расставлены акценты, и многим казалось необходимым, чтобы Семин остался в команде. Это давало возможность сохранить позиции тем людям, которые сегодня уволены из клуба и многим игрокам, которые при Муслине уже висели на волоске. Тут же для них создавалась комфортная ситуация.
Что касается прессы, то летом у Бышовца были осно­вания нервничать. Началось с того, что 23 июля телеком­ментатор «НТВ-плюс» Алексей Андронов в конце программы «90 минут» (я в ней тоже участвовал) попросил слова и заявил, что, по слухам, которые упорно ходят в футбольных кругах, Бышовец берет деньги у некоторых футболистов за попадание в стартовый состав. Спустя пару недель в журнале «Русский Newsweek» вышла статья Чермена Дзгоева под заголовком «Плата за пролет», в которой речь шла о том же. Еще через некоторое время на ту же тему выскажутся Лоськов и Евсеев...
О мощи резонанса можно судить хотя бы по тому, что после этого к Бышовцу приклеились определенные стереотипы даже у тех игроков, которые никогда у него не играли. Об этом можно судить из интервью форварда «Москвы» Романа Адамова газете «Спорт день за днем». Его спросили:
- Будучи главным тренером «Локо», Анатолий Бышовец любил рассказывать подопечным о своей игроц-кой карьере, да и о выигранной Олимпиаде не забывал. Блохин делает экскурсы в историю?
- Не путайте этих двух людей. Блохин — человек слова, а Бышовец - коммерсант.



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Пн июл 21, 2008 20:31


На пресс-конференции после матча с «Динамо», спус­тя несколько дней после заявления Андронова, Бышовец сказал:
- Клевета довела Сократа до смерти, я уж молчу о Чаадаеве и других. История знает много примеров негодяев, но мы все равно идем вперед. Состоялась встреча руководителей совета директоров с командой, без меня. Маниакальная щепетильность наших руководителей в желании видеть экологически чистый клуб исключает, чтобы в команде были какие-то проблемы, связанные с нечистоплотностью.
Там же Анатолий Федорович пообещал, что, скорее всего, после просмотра видеозаписи программы подаст на журналиста в суд. Но так этого и не сделал.
Не предпринял каких-то жестких шагов и клуб. Один из его представителей объяснил мне ситуацию следующим образом. Иск в суд должен был подписывать президент клуба - Семин. Но он отказался, якобы сказав: «У меня нет уверенности, что это не так». Единственное, на что, согласно тому же источнику, Липатов смог Семина уговорить - это подписать письмо на «НТВ-плюс» с выражением серьезной озабоченности по поводу сложившейся ситуации. Бумага эта ни к чему не обязывала, но таким образом «Локомотив» хоть как-то, но отреагировал на происшедшее.
А вот внутреннее расследование в клубе Липатов и Красновский провели. Все без исключения источники подтверждают: было проведено и общее собрание команды без тренеров, и индивидуальные беседы с футболистами. Фактов поборов со стороны Бышовца они не выявили.
На команду вся эта истеричная обстановка не могла не влиять. В интервью журналу «РгоСпорт» Динияр Билялетдинов еще по ходу прошлого сезона рассказывал:
- Мы устаем от этих слухов. Начитавшись, хочешь не хочешь кто-то начинает сомневаться и кого-то подозревать. Смотрит на другого и думает: а вдруг и правда его в состав за деньги ставят? Это выводит из равновесия и сплоченности не добавляет. Хотя мое мнение твердо: не пойман — не вор. К тому же не могу представить, чтобы в команде уровня «Локомотива» платили за место в составе. К счастью, у нас все хорошо зарабатывают. Тренеры в том числе.
В том же «РгоСпорт» Дмитрий Сычев говорил:
- Нам очень мешала травля «Локомотива». Точнее то, что о ней постоянно говорил Бышовец. Говорил, что нас хотят стравить, сплавить. В этом была его ошибка. Когда об этом трубят постоянно» это очень влияет на подсознание игроков. После такого тяжело выходить на поле и, главное, общаться между собой. Как правило, о заговорах против «Локомотива» нам говорилось на собраниях команды. Не скажу, что каждый день. Но очень часто.
- В августе Бышовца впервые обвинили во взяточ­ничестве... Как ты на это отреагировал?
-Негативно. Потому что все это сказывалось на тренере, а потом он нес это в команду. Тренер - человек, который определяет настроение в команде. Все ходили дерганые и жили как в большом скандале. «Локомотив» всегда был единой семьей, я до этого года ни одного скандала у нас вспомнить не могу. Этим 2007 год особенно удручал. Самый неудачный, самый черный год в моей карьере. Впрочем, я понимаю, что виноват не только тренер. Так что должны разделить вину пополам.
В октябре журналисты «Спорт-Экспресса» спросили Бышовца:
- Почему «Локомотив» не принимает участия в борьбе за чемпионский титул?
-Я бы отнес это на счет грязных технологий, с которыми по ходу сезоны мы с игроками столкнулись. Меня они раздражали, а многих игроков выбивали из колеи.
- Что вы называете «грязными технологиями»?
- Беспрецедентную атаку по моей дискредитации, в ходе которой использовались и наглая подтасовка фактов, и прямая ложь. Если бы все написанное и сказанное в мой адрес было правдой, я бы уже давно отбывал срок в местах не столь отдаленных.
Бышовец приходит в ярость, когда слышит, что якобы требовал от полузащитника Романа Концедалова (а слухи шли именно о нем. - Прим. И. Р.) проценты от его нового контракта за попадание в стартовый состав. Его мотивировка с точки зрения логики выглядит безупречной: зачем человеку, который получает зарплату миллион долларов в год, идти на чудовищный риск и вымогать у игрока деньги, которые по сравнению с его тренерским контрактом -в любом случае копейки?
Анатолий Федорович не сомневается, что это была продуманная коллективная акция. На заднюю обложку этой книги вынесены слова из его монолога, которые процитирую и здесь: «Против меня была развернута спланированная кампания. Ее вела организованная группа фанатов, за которыми стоял... президент клуба Семин. Из той же серии - выступления Овчинникова, Евсеева, Лосъкова. После победы в Кубке России они увидели: построена команда, которая должна выиграть чемпионат. А этого нельзя было допустить».
Тут Бышовец, как мне кажется, передергивает не только в выводах, но и в фактах. Во-первых, телезаявления и материалы в прессе стали появляться не после финала Кубка, а с конца июля. К тому времени «Локо», проиграв три матча кряду в первом круге и вылетев от «Урала» из нового розыгрыша Кубка, уже заметно отстал от лидеров и на чемпионство мог претендовать только с известной долей условности. Во-вторых, вывод о тесных контактах фанатов и Семина, если я правильно его понял, Бышовец делает из одной фразы в уже приведенном интервью лидеров фан-клуба: «И в этом году Семин тоже делал для нас все, что мог». На мой взгляд, улика все же недостаточная.
В январе нынешнего года я спросил Сергея Гуренко:
- Как относитесь к подозрениям Бышовца, что в команде была группа «людей Семина», работавших против него?
- Высказываний Бышовца не читал, но Семина знаю прекрасно. Юрий Павлович - человек, который никогда не пойдет против «Локомотива». И ни одному футболисту никогда не скажет: давайте, мол, будем «плавить» Бышовца или кого-то еще. И переживать он мог не за себя, а только за «Локомотив». Я видел, как он радовался нашим победам и как расстраивался нашим поражениям. Семин -порядочный человек, и никогда в жизни не пошел бы на такой шаг. Он любит «Локомотив», это его детище.
Адресовал я пару вопросов на эту тему и Динияру Ви­лял етдинову:
- Верите, что болелыцицкие баннеры против Бы­шовца могли быть инспирированы Семиным?
- Не верю. Юрий Палыч таких упреков не заслуживал. Это не могла быть его рука.
-Анатолий Федорович считает, что в команде была «пятая колонна», работавшая на его отставку и возвращение Семина. Ваше мнение?
- Думаю, ничего подобного не было. Юрия Павловича к команде особо не подпускали. На базе он не появлялся, и я видел его только на играх. В том, что он не делал ничего подобного, уверен. Хотя могу много чего не знать...
Игроки дали мне совсем другое, нежели Бышовец, объяснение провалу, происшедшему у команды в июне, после выигрыша Кубка. Не конспирологическое, а физио­логическое. Так, Динияр Билялетдинов рассказал:
- У нас был сложнейший календарь — за очень короткий период мы сыграли во Владивостоке, дома с «Амкаром», в Томске и на Кубок в Екатеринбурге (там «Локо» тоже проиграл клубу первого дивизиона. - Прим. И. Р.). Причем вместо того, чтобы с матча с «Томью» напрямую лететь на поединок с «Уралом», который был через три дня, зачем-то на сутки отправились в Москву. Налетались так, что играть сил не было. С того момента и «поплыли»...
В довершение всего у Бышовца возник конфликт с... главным тренером сборной России Гусом Хиддинком. За несколько дней до Кубка РЖД помощники голландца по­просили меня, одного из ответственных в «Спорт-Эксп­рессе» за работу с Хиддинком, набрать его номер. И вот что я услышал.
- В среду в прессе появилось интервью мистера Бышовца, из которого следует, что я якобы сказал ему следующие слова: «Такие разговоры возможны только в России!» Речь шла об обвинениях, что в «Локомотиве» принята практика попадания игроков в стартовый состав за деньги.
Мы действительно столкнулись с мистером Бышовцем около кабинета президента РФС Виталия Мутко: я оттуда выходил, а Бышовец, наоборот, входил. Но только сказали друг другу: «Доброе утро!» - и ничего более. Никаких тем, касающихся российского футбола или чего-либо другого, не обсуждалось.
Не могу сказать, что чувствительно отношусь к статьям в прессе. За исключением тех случаев, когда говорят неправду. Это - именно такая ситуация. Яне говорил и не мог сказать ничего подобного. Мой русский еще не настолько совершенен, чтобы свободно рассуждать на такие темы. На других языках, которыми владею - английском, немецком, французском, испанском, голландском, -мы с ним тоже не разговаривали. Вообще, за все время работы в России мы с ним два или три раза приветствовали друг друга, когда виделись на стадионах. Бесед у нас не было никогда.
Сегодня утром я попытался дозвониться мистеру Бышовцу на мобильный телефон, но он был заблокирован. Тем не менее я хотел выразить свое отношение к происшедшему, поскольку являюсь прямым человеком и не хочу, чтобы вокруг моей работы и моих слов возникали какие-то кривотолки. Не позволю использовать меня в своих целях. Поэтому я позвонил президенту «Локомотива» Юрию Семину - и через помогавшего мне с переводом Александра Бородюка сказал все, что думаю и чувствую по этому поводу. Я не стал скрывать, что прочитанное меня изрядно разозлило и разочаровало. Для меня было важно, чтобы мистер Семин как руководитель клуба знал мою позицию из первых рук.
Эта заметка вышла в «СЭ» как раз в день пресс-конференции, посвященной старту Кубка РЖД. В ней участвовали и Бышовец, и Семин. После ее окончания журналисты, естественно, поинтересовались мнениями президента и главного тренера о высказывании Хиддинка.
Бышовец:
- Я никаких слов Хиддинку не приписывал. При нашей встрече мы пожелали друг другу успехов. У меня к нему нет никаких претензий. И не было. Это очередная утка.
- То есть вы не говорили в интервью, что Хиддинк произнес слова «Такие разговоры возможны только в России!»?
Ответ Анатолия Федоровича дословно прозвучал так:
- Речь идет о том, что мы поговорили о ситуации, которая его сильно удивила. Иона, по-моему, всех удивляет.
То есть, не без труда расшифровав замысловатое высказывание тренера, удалось сделать вывод: он по-прежнему утверждает, что Хиддинк ему эту фразу сказал!
Семин, в свою очередь, заявил:
- Мне Хиддинк позвонил - и сказал все то же самое, что говорил и в интервью «СЭ». Это все, что могу сказать по этому поводу.
-Ас Бышовцем вы на эту тему общались?
- Анатолий Федорович, думаю, читает газеты. Дальнейшего развития этот конфликт не получил.


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Вт июл 22, 2008 19:29


Знаете ли вы, что такое на прошлогоднем сленге игроков «Локо» означает термин «звонок другу»?
Нет, это не форма получения нужной информации из телепрограммы «Как стать миллионером».
В «Локо» так выражались, когда узнавали об очеред­ном звонке некоторых легионеров, в частности боснийца Эмира Спахича председателю совета директоров клуба Сергею Липатову с целью «разругать» очередную дисциплинарную проблему.
Спахич - совсем неглупый молодой человек. Знает, говорят, пять иностранных языков. И в силу своего интел­лекта, помноженного на дикий индивидуализм, быстро понял, каким образом сможет в этом клубе кататься, как сыр в масле. Для этого всего-то и надо было наладить хо­рошие отношения с Липатовым. Сергей Владимирович вроде бы видел в нем человека, который за счет коммуникабельности и знания языков сможет объединить разные группы в коллективе. В этом есть доля истины: с тем же Лоськовым босниец по-прежнему приятельствует...
Любопытная, кстати, деталь: в холле клубного офиса возле Восточной трибуны Черкизова посетителей встре­чает. .. картонная фигура Спахича в полный рост. Люби­мец!
Спахич быстро оценил свое привилегированное поло­жение - и в прошлом году начал с опозданием на несколь­ко дней возвращаться в команду из поездок домой. Звонил пресс-атташе, докторам, видеооператору, говорил: «Передай, что я машину сломал, не могу прилететь, буду послезавтра». А должен быть сегодня... Ему отвечали: «Зачем ты мне звонишь? Звони Бышовцу».
Бышовец пытался его штрафовать, объявлял ему об этом, а тот смеялся тренеру в лицо: «Да, пожалуйста, штрафуй». После чего звонил Липатову, и тот, по свидетельству целого ряда источников, его успокаивал: не переживай, мол, не будет тебе ничего. Такое происходило несколько раз. Был и случай, когда Спахича заменили в матче первого круга с ЦСКА, в перерыве тот собрал вещи и уехал со стадиона. Бышовец подал бумагу в клуб, чтобы его оштрафовали на 10 тысяч долларов, - но наказания вновь не последовало.
Самая известная стычка произошла у Спахича в 2006 году с молодым форвардом Шамилем Асильдаровым. Спахич в него на тренировке два раза грубо врезался, и Асильдаров предупредил: «Еще раз попробуешь - я тебя "освежу"». А он бывший борец, слов на ветер не бросает. Спахич не прислушался, после чего Асильдаров одним ударом сшиб его с ног!
Босниец, по рассказам очевидцев, упал, заплакал, убе­жал в раздевалку и тут же улетел к себе домой. После чего позвонил Липатову и сказал: «Пока Асильдаров в команде, я не вернусь». А нападающий тогда как раз начал осваиваться в команде, забил победный гол «Крыльям Советов». Но, получив от своего «доверенного лица» такой ультиматум, Липатов потихоньку Асильдарова из команды
убрал.
Еще одна «замечательная» история со Спахичем живо обсуждалась внутри клуба в прошлом сезоне. Половина команды живет на Кутузовском проспекте - в районе пересечения с Третьим кольцом. В доме с одной стороны Кутузовского - Иванович, Спахич, Траоре, Зуаги, с другой - О'Коннор, Асатиани. Каждое утро их забирал на базу микроавтобус. Однажды он ехал с противоположной от дома Спахича стороны - и водитель попросил всех игроков перейти к автобусу по подземному переходу, до которого и идти-то никуда не надо было.
Все спокойно перешли, и лишь Спахич уперся. Не пой­ду, заявил, и все. Тратить добрых 40 минут на разворот через Киевский вокзал водитель отказался - машина была полна игроков, а время поджимало. В итоге - плюнул и уехал без Спахича в Баковку. Сразу последовал «звонок другу»: «Кто у вас здесь работает?!» Потом у шофера были проблемы, хотя в конце концов и удалось объяснить руководству, что в действительности произошло.
После всех этих историй легко представить, какой была атмосфера в коллективе, где у руководителя водились такие любимчики. И какая могла быть реакция россиян на намерение Липатова сделать Спахича капитаном. Кстати, однажды - в первом кубковом полуфинале со «Спартаком», от которого Бышовец «отцепил» Лоськова, - Эмир и вправду надел капитанскую повязку.

То, что прощалось легионеру, российскому игроку не простили бы ни при каких обстоятельствах. Впрочем, «Локомотив» тут нельзя назвать исключением - в целом ряде других клубов ситуация точно такая же. И она провоцирует то, что между россиянами и легионерами (последним вдобавок еще и платят, как правило, больше) пролегает «линия огня».
Годом ранее легенды ходили о камерунце Бикее. В конце концов команда настояла на его изгнании, но крови он попортил футболистам немало.
Дмитрий Лоськов в интервью «Спорт-Экспрессу» рассказывал:
- Более дикого футболиста не встречал. Ему на всех было плевать. У него с итальянцем Руополо на двоих был один автомобиль с водителем. По дороге на базу заезжали за Руополо, затем подбирали Бикея, который вечно опаздывал. То на двадцать минут, то на полчаса. Как-то Руополо возмутился, так камерунец полез на него с кулаками.
- Чем все кончилось?
-Яэтому водителю говорю: «Чего ты Бикея ждешь? Нет его вовремя - езжай на базу. Пусть добирается как хочет. Опоздает на тренировку - заплатит штраф. Поумнеет». Однажды водитель так и поступил. Бикей потом в клуб заявился, скандалил... У нас с иностранцами цацкаются, как с детьми малыми. Любую прихоть готовы исполнить. Так тоже нельзя. Овчинников приехал в Португалию, и его сразу предупредили: «Если через две недели главные футбольные термины не освоишь - играть не будешь». А здесь легионеры по три года живут, но по-русски все равно двух слов связать не могут.
Удальцов добавляет к этой истории свои «пять копеек»:
- Бикей и ряд других африканцев крали полотенца из раздевалки, печенья, чайные пакетики... Люди с зарплатой по 40 тысяч евро в месяц, представляете?! Только Лекхето и отчасти Обиора были нормальные - ну так они и играли в то время, когда других в «Локомотив» не брали. А тут такой сброд в команду полез! Они были главными врагами нашего администратора Сергея Гришина - из-за формы. Игровые майки после матча полагалось сдать, а если кому-то нужны были сувенирные футболки для друзей, им говорили: «Мы вам сделаем сколько надо». Нет, они тащат игровые, да и гетры впридачу крадут...
Уехав в Англию играть за клуб премьер-лиги «Рединг» (футболист-то камерунец сам по себе неплохой), Бикей не «вылечился». В полуфинале Кубка Африки он зачем-то начал... бить сотрудника медицинского персонала стадиона, приехавшего увозить с поля травмированного игрока. В результате - удаление и дисквалификация на финальный матч...
Справедливости ради, к истории с Бикеем Липатов не имеет отношения: она происходила во второй половине 2005 года, когда Сергей Владимирович только появился в клубе, да и камерунец не был его креатурой. Но с его появлением пропасть между россиянами и иностранцами стала пролегать все более глубокая.
К концу 2007 года всеми этими историями локомо-тивские россияне уже были сыты по горло. И когда на январском сборе в Гейнуке я затронул эту тему в интер­вью для «Спорт-Экспресса» с Динияром Билялетдиновым, его прорвало. Для этого оказалось достаточно спросить:
- Чувствуете себя готовым, как капитан, ходить к руководству, просить о чем-то от имени команды?
Собеседник усмехнулся:
- У нас в команде сейчас такой разношерстный коллектив... Многие игроки, особенно иностранцы, сами будут ходить наверх и выпрашивать то, что надо. Капитан им для этого не нужен. Сами могут позвонить руководству, встретиться, поговорить. У меня таких телефонов нет.
- У вас нет мобильного телефона Сергея Липатова?
- Нет. У него есть мой телефон, мне же он не нужен. Считаю, что звонить и говорить: «Здравствуйте, давайте встретимся» - я не вправе. Игрок команды может обратиться с такой просьбой к тренеру. Он - мой непосредственный начальник.
- Некоторые игроки, насколько мне известно, придерживаются иной линии поведения.
- В команде это знают. Не в курсе, по какой причине это происходит. Непонятно, что за традиция такая -отдельно взятому игроку ходить на ужин в ресторан с боссом клуба.
- Чтобы был здоровый коллектив, без нормальной субординации игроки - тренер -руководитель, полагаю, не обойтись.
- Тут все должно идти от высшей инстанции. Людям сверху, считаю, надо в таких случаях говорить обратившемуся к ним игроку: «Извини, все - через тренера». А то давайте теперь все будем встречаться, плакаться в жилетку, рассказывать, какой я хороший, а они - такие-сякие, в команде творится черт знает что. Если руководитель хочет узнать, что происходит в команде, он может встретиться с ней целиком или с группой авторитетных игроков. А решать свои вопросы поодиночке, грубо говоря, шептаться - это сразу вызывает подозрения. Да и картина у руководителя может создаться необъективная и неадекватная. Смысла в таких беседах не вижу -мне кажется, от них один вред.
- Внутри команды, знаю, бурно обсуждалось то, что несколько раз в прошлом сезоне Спахич приезжал с родины с опозданием, Бышовец пытался его штрафовать, но затем штрафы снимались.
-Да. Вот так у нас всех по головке гладят...


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Вт июл 22, 2008 19:44


Еще одна шумная история произошла ближе к концу лета. Имею в виду то самое интервью Гарри О'Коннора газете Guardian, которое я уже упоминал.
-Конечно, деньги были главным фактором, подвигнувшим меня перейти из «Хайберниана» в «Локомотив», - рассказал О'Коннор. - В «Хибс» я получал две тысячи фунтов в месяц, и это еще без вычета налогов. В «Локомотиве» же мне предложили 16 тысяч фунтов в неделю (более 32 тысяч долларов. - Прим. И. Р.), и это - «чистыми»! Мой тренер в «Хайберниане» Тони Моубрэй сказал мне: «Ты мой лучший игрок, и я не хочу тебя отпускать. Но ты должен думать о своем будущем и своей семье. Если ты продержишься там пару-тройку лет, то обеспечишь себя на всю жизнь.
Так оно и произошло. За год с небольшим, что я там пробыл, я неплохо пополнил свой банковский счёт, приобрел несколько дорогостоящих машин и прилично вложился в недвижимость. Там была фантастическая зарплата, а бонусы - так просто вызывали восхищение. Если мы побеждали в «дерби», а это 14 из 30 матчей в сезоне, то премия за такую победу составляла 100 тысяч фунтов. В мае мы выиграли Кубок, так за эту победу я получил 250 тысяч фунтов. На эту премию я, кстати, купил новенький «Феррари». О таком я мечтал еще ребенком. Вообще, за время моего пребывания в России я также приобрел «Хаммер», а кроме того, купил очень неплохую машинку моей жене. Но эти деньги не вскружили нам голову. Потому-то мы и решили вернуться. Деньги в жизни решают еще не все.
«Феррари» за Кубок - эта тема стала в российском футболе, по сути, нарицательной. Более того - в клуб даже пришел депутатский запрос из Госдумы, не связаны ли такие безумные суммы гонораров игроков с повышением тарифов на железнодорожные перевозки...
На самом деле шотландец изрядно приврал - по край­ней мере, в вопросе премиальных. Абсолютно все источ­ники утверждают, что за выигрыш Кубка каждый игрок получил сумму порядка 70 тысяч долларов, тогда как «Феррари» стоит как минимум вдвое дороже.
-Врет, уж поверьте мне, - сказал журналу «РгоСпорт» об откровениях О'Коннора Дмитрий Сычев. - Премиальные были не такими большими.
- А какое авто на них можно было позволить без вранья?
-Хм... BMW-пятерку. Обычную, без наворотов. Дмитрий Лоськов в интервью «СЭ» подтвердил:
- «Феррари» дороже. Кстати, насчет Кубка - объявили одну сумму, а выдали меньше. Вдруг начали считать, кто сколько игр провел в этом розыгрыше. Лишь главный тренер получил полную сумму, хотя к победам прошлого года никакого отношения не имел. Многим игрокам основного состава тогда сказали, что нет смысла ездить на игру с «Анжи» - и теперь премиальные за этот матч вычли.
Динияр Билялетдинов же в беседе с корреспондентом «РгоСпорт» Юрием Дудем и вовсе вывел автора победного гола в финале Кубка на чистую воду:
- «Феррари» у него был еще до финала Кубка. И вообще Гарри провел здесь не самый плохой период, не особо при этом напрягаясь. Например, он любит отдыхать - а с этим у нас никаких проблем, для отдыха ресторанов, клубов и других мест много больше, чем в Шотландии.
Гарри вел себя так, чтобы все видели: приехал из страны, где футбол зародился, поэтому он понимает в нем больше, чем мы. Хотя играть он может и не очень хорошо, но знает все и про всех. Гарри постоянно говорил, что у нас все решают дядьки на «Мерседесах». «Посмотрите на парковки у ваших стадионов, - тыкал он пальцем. -Тут стоят машины за 150 тысяч евро! Именно эти люди определяют, что купить, когда продать и сколько заплатить судьям». Мы так и не смогли объяснить ему, что наш футбол - это не только дядьки. На поле играют не они, а футболисты.
Вот тут, при всех «закидонах» О'Коннора, стоит оце­нить его откровенность. «Дядьки на "Мерседесах"», ко­нечно, решают далеко не все - но кое-что от них зависит, а наши игроки о них по понятным причинам предпочитают вовсе не заикаться. При этом обратим внимание на оговорку Билялетдинова: «Наш футбол - это НЕ ТОЛЬКО дядьки»...

Впрочем, это совсем другая история. Вернемся к «Локомотиву».
О'Коннор мог фантазировать по части конкретных сумм - но суть безумия, охватившего в последние годы российский футбол, он ухватил верно. И «Локомотив» в прошлом сезоне был одним из флагманов этого разлагаю­щего игроков абсурда.
Мои пытливые коллеги по «СЭ» Юрий Голышак и Александр Кружков спросили прошлой осенью Дмитрия Лоськова:
- Премиальные в этом сезоне были большие?
- Даже очень. За два чемпионства я заработал в общей сложности меньше, чем за эти полгода в «Локомотиве».
- При там что побеждали далеко не в каждом матче.
- Да, выиграли всего ничего (с участием Лоськова «Локо» одержал четыре победы в чемпионате и три в Куб-ке. -Прим. И. Р.).
Зимой я беседовал с голкипером «Локомотива» Ива­ном Пелиццоли, прежде выступавшим за итальянские «Рому» (где стал чемпионом) и «Реджину». И не мог не поинтересоваться:
- В прошлом году ходило много разговоров об очень больших премиальных в «Локомотиве» за каждую отдельную победу. В Италии, насколько знаю, такая система не принята?
- В Италии таких премий точно нет, - засмеялся вратарь. - Но, когда ехал в «Локомотив», уже знал о том, что там они есть, поэтому особого удивления это не вызвало.
- В именитой «Роме» бонус платили только за достижение итогового результата?
- Да. За победу в отдельно взятом матче там не заплатили ни разу.
- Даже в поединках против «Милана», «Интера» или «Ювентуса»?
-Да, в некоторых командах такое есть. Из суперклубов премиальные за отдельные победы - например, в миланском дерби — платит «Интер». И «Милан» тоже. А вот в «Роме» такого не было никогда.
Такой же подход - и в других цивилизованных чем­пионатах: английском, испанском, немецком. Все более-менее солидные клубы выплачивают футболистам бону­сы помимо их и без того серьезных зарплат только в слу­чае достижения определенного итогового результата. До прошлого года премиальные в «Локо» также были весь­ма умеренными. Но с приходом Липатова и Бышовца все изменилось - чему футболисты, естественно, были только рады.
Правда, самые матерые радоваться не спешили. Так, Сергей Гуренко, выступавший за ту же «Рому», что и Пе­лиццоли, сказал мне:
- Считаю, что все должно быть разумно. Конечно, когда ты обыгрываешь «Спартак», ЦСКА, «Зенит», это заслуживает поощрения. Но когда дают очень хорошие деньги за домашнюю ничью с «Динамо», мне это, честно говоря, не очень понятно. Не умаляю достоинств динамовцев, но в домашнем матче чемпионата России, с кем бы мы ни играли, «Локомотив» должен стремиться только к победе, а не довольствоваться ничьей. И вообще, самые главные премиальные, мне кажется, должны быть за достигнутый результат по итогам сезона. Впрочем, больше мне не хотелось бы распространяться на эту тему, поскольку система премиальных - дело клуба.
Давид Шагинян рассказывает:
- По моей информации, в какой-то момент ситуация с премиальными в прошлом сезоне приняла совершенно невероятные формы. В середине чемпионата были две игры - дома с «Динамо» и в гостях с «Химками». Мне ребята рассказывали, что за эти два матча премии были вообще запредельными (по некоторым данным, за победу над «Динамо» каждому игроку пообещали по 40 тысяч дол­ларов, а над «Химками» - по 60 тысяч. - Прим. И. Р.). С бело-голубыми сыграли вничью - и все равно очень большие суммы получили (как видим, эта информация совпадает с тем, что рассказал Гуренко. -Прим. И. Р.). Нельзя платить такие суммы за игры с соперниками, которые заведомо ниже уровнем. Не знаю ни одной команды в мире, которая бы так поступала - и чего-то весомого добивалась. Отсюда и огромные долги, которые сейчас на самом деле есть у клуба...
Александр Удальцов вспоминает:
- Складывалось впечатление, что премиальный фонд у клуба был абсолютно нелимитированным. Происходило так. Приезжает команда на стадион, игроки только начинают разминаться -раздается звонок либо у Билялет-динова, либо у Спахича. Липатов говорит: «Зайди ко мне». Игрок, вместо того чтобы готовиться к матчу, настраиваться, бежит в VIP-ложу, и там председатель совета директоров называет ему сумму премиальных на сегодняшний матч. Игрок бежит в раздевалку и доводит ее до команды...
Все эти истории говорят об одном: футболистов на глазах развращали. И суперпремиальными, и снятием уже назначенных штрафов... Люди почувствовали полную безнаказанность - и вошли во вкус.
Молодой Иван Старков, позже уехавший в аренду в «Ростов», а затем проданный в «Амкар», на тренировке в подкате чисто выбил мяч у Спахича. Тот, видимо, обиделся - и на глазах у всех врезал парню так, что у того искры из глаз посыпались.
Команда молчала...
Дорогостоящий новичок, полунигериец-полутатарин Питер Осазе Одемвингие, обнаружив, что ему задержали на день зарплату, отказывался лететь в Пермь на матч с «Амкаром». Его упрашивали: «Ну пожалуйста!..» Он вяло соглашался и потом демонстративно стоял на поле в проигранном матче.
Команда молчала...
Однажды не выдержал даже спокойный Бышовец. Он подозвал к себе Спахича и чуть ли не первый раз в своей тренерской карьере разразился матерной тирадой. Такого от него не слышал никто и никогда. Но босниец допек даже его. После домашнего поражения от «Сатурна» Липатов, не поставив в известность Бышовца, собрал игроков, дабы узнать, что происходит.
- Было такое собрание, - признал в разговоре со мной Билялетдинов. - Пригласили всю команду, но дело было вечером, и приехать смогли не все. Нас спрашивали, мы отвечали. Каждый высказался, в чем видит проблемы. Но ничего резкого с нашей стороны не было.
- Почему?
- Было несколько неудобно. Получалось, что все делалось за спиной у тренера. Наговаривать на него при таких обстоятельствах не хотелось. Просто были проведены параллели, как команда готовилась во времена успешных выступлений и как - в моменты неуспешных. До конца мая-то все было здорово! И никаких умозаключений мы не делали.
В команде, и без того полной легионеров, начали по­являться совсем уж непонятные игроки. За весьма при­личные суммы были куплены полузащитник из Ганы Хамину Драман и бразильский вратарь Гильерме. Оба они являлись бог знает какими представителями своих амп­луа в команде, и необходимость их покупки - тем более за три и более миллиона долларов каждого - никому не была ясна. Гильерме так и не сыграл за «Локо» до сих пор ни одного матча.
С Драманом вообще происходили чудеса. Вначале он получил в команде прозвище... Круглое. Дело в том, что на первой тренировке ганцу нужно было выдать футболку, а оставалась только одна - с фамилией полузащитника, отправившегося в аренду в «Ростов». Так Драман и стал «Кругловым».
А однажды он сообщил Бышовцу: «Мне здешние вра­чи помочь не могут, слетаю на пять дней в Африку к ша­ману - он мне позвонки подкрутит». Вернулся легионер не через пять дней, а через три месяца - после окончания сезона. За зарплатой приехал...

У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Вт июл 22, 2008 19:57


Последние месяцы все с нетерпением ждали, когда этот кошмарный год наконец завершится. Теперь, думаю, вам понятны эмоции Дмитрия Сычева, которые он выплеснул на своем блоге: «Скорее бы закончился этот е... сезон».
Фразу эту он написал после матча предпоследнего тура в гостях с «Крыльями Советов», проигранного одному из кандидатов на вылет в первый дивизион - 1:3.
Думаю - неспроста.
- Вы в курсе слухов о том, что пара-тройка легионеров продала игру в Самаре? - спросил я Динияра Билялетдинова в январе.
- Были такие слушки, - поморщился он. - Верить или не верить - не знаю. Хочется надеяться, что никто не посмел такую гадость сделать. Лично мне никто ничего не предлагал. Услышал об этом только перед игрой Кубка УЕФА с «Панатинаикосом».
О той истории разговоров в клубе ходит много. Якобы перед игрой команда собралась без тренеров, и кто-то из футболистов сообщил: «Нам выделяют деньги за поражение - 300 тысяч долларов на команду». Возникла пауза. Потом, по слухам, слово взял Сергей Гуренко: «Эти деньги не принесут нам счастья. Надо играть».
Все россияне его, согласно этим данным, поддержа­ли. А вот что касается иностранцев, то даже из слов Билялетдинова понятно: уверенность была далеко не во всех...
Александр Удальцов говорит:
- Кто тогда всех приятно поразил - так это Иванович. После матча в раздевалке он плакал. Это был сильный момент. Всем, по большому счету, уже было наплевать на результат, и трудно было понять - кто сдавал, кто не сдавал... А Иванович плакал. У него на мази уже был контракт с «Челси», были еще варианты с «Манчестер Юнайтед» и «Ювентусом», он мог бы ноги беречь, никуда не лезть. И тут - такая реакция. Многие тогда этим моментом прониклись.
Но это было едва ли не единственное положительное впечатление от тех дней. К концу сезона всех буквально тошнило, причем от всего и всех - мяча, партнеров, тренеров, руководителей...
Слухов о том, кто заменит Бышовца, всю осень ходило невероятное количество. Говорили, что Липатов охотится за голландцем Луи ван Галем, а Семин представлял в РЖД кандидатуру француза Жерара Улье. Толковали, что тот же Семин уже договорился со своим другом Валерием Газзаевым, позиции которого в ЦСКА в конце лета - начале осени казались весьма шаткими. Бышовец после домашней ничьей с «Томью» в конце октября на вопрос о зимнем доукомплектовании ответил так: «Нужно укрепить вратарскую позицию. Да и ряд других, чтобы проводить серьезную ротацию состава. У меня такой возможности не было. А в следующем сезоне, не исключено, этим будет заниматься уже Газзаев». Назывались имена Олега Протасова, Леонида Слуцкого, тогда уже - Рашида Рахимова...
И так - всю осень. Команде, естественно, было уже не до футбола. Когда ясно, что тренера уволят, зачем, грубо говоря, из трусов выпрыгивать? Динияр Билялетдинов так мне честно и сказал: «Настроение было уже такое, что сезон заканчивается, надо бы сэкономить силы. Это была ошибка».
В той части клуба, которая не имеет отношение непосредственно к футболу, тоже творилось черт знает что.
Давид Шагинян говорит:
- Такое впечатление, что в «Локомотив» пришли люди, стремящиеся разорвать его на части. К примеру, привели менеджера по маркетингу, девушку, раньше работавшую в Л'Ореаль. И она на полном серьезе предложила поменять цвета клуба на небесно-золотые, объяснив, что такая расцветка якобы подняла бы уровень продажь! Конечно, это предложение не прошло. Но о профессионализме людей, которые сейчас приходят в клуб, оно свидетельствует исчерпывающе. О болельщиках они не думают вообще. Александр Удальцов рассуждает:
- Раньше «Локомотив» был клубом номер один по каким-то инновационным проектам. К примеру, бронирование билетов через интернет - дело рук Шагиняна, настоящего болельщика «Локомотива». До нас этого не было ни в одном клубе. А сейчас в «Локо» приходят люди - причем на совершенно нереальные зарплаты, - которые продавали «Кока-колу», шоколадки «Марс», работали на фабрике имени Микояна... Вот и возникают дамочки, которые хотят поменять цвета на небесно-золотые. Такое впечатление, что ставится задача полностью убить все традиции. Поколение Палыча, его игроков - чтобы не осталось ни-че-го.
Когда я напомнил Динияру Билялетдинову об эмоци­ональной фразе Сычева на его блоге, посвященной про­шлому сезону, и спросил об отношении к ней, ответ был таким:
-Дело было даже не в месте, а в том, как этот сезон проходил. Если бы при том кавардаке, обилии негатива, пакостей, гнусностей мы заняли на пару мест выше, ощущения не были бы лучше. Ситуация достигла какой-то точки кипения, нам все это безумно надоело. Отсюда и такие фразы.
При этом периодически команда вспыхивала - и игра­ла так, как умеет. Но случалось это только в поединках с лидерами. «Локомотив» стал единственной командой, которая в завершающем отрезке сезона ухитрилась обыграть обоих претендентов на золото - и «Спартак» (4:3), и «Зенит» (1:0).
В этих играх футболисты забывали обо всем. Поеди­нок со «Спартаком» вообще стал однозначно лучшим матчем чемпионата России в прошлом году. Это было фантастически красиво и душераздирающе драматично. Даже главный тренер «Спартака» Станислав Черчесов, на котором лица не было, тем не менее сказал: «Чем больше таких игр, тем быстрее российский футбол окажется там, где он должен быть». Нечасто тренер команды, борющейся за чемпионство и проигравшей последним касанием мяча в игре, способен на такую оценку.
Бышовец, в свою очередь, оказался щедр на компли­менты до такой степени, что объявил: Черчесов, как и главный тренер «Динамо» Андрей Кобелев - «те люди, которые будут создавать новый российский футбол». А до того остановил молодого коллегу в «предбаннике» зала для пресс-конференций, чтобы в течение несколь­ких минут говорить ему тет-а-тет что-то очень сокровен­ное.
А еще после таких встреч люди оказываются спо­собны на большие жесты. Много разного в прошлом сезоне говорили о Бышовце. Мягко говоря, не всегда ус­лышанное было приятным. Но то, что главный тренер «Локо» (кстати, когда пресс-атташе Александр Удальцов представлял его на пресс-конференции, Бышовец тихо пробормотал: «Еще главный тренер!» - с акцентом на первом слове) говорил после игры, безусловно, делало ему честь:
- Надо признать, что мое прежнее отношение к Володе Маминову было ошибочным. На каком-то этапе мне показалось, что износ игрока — имею в виду травмы - не позволит ему играть на необходимом уровне. В этом я ошибся, о чем ему сегодня и сказал.
После того как Асатиани забил «Спартаку» четвертый мяч, ликующий тренер обеими руками показывал именно на Маминова - автора голевой передачи. Вот только почему прозрение приходит к людям так поздно? Почему в кристально честного человека, который отдал «Локомотиву» всю свою сознательную жизнь, нельзя было поверить гораздо раньше?..
На четвертой добавленной минуте Иванович нашел в себе силы на последний прорыв по флангу и был сбит Бояринцевым. Маминов навесил, Асатиани взмыл в воз­дух - и забил победный мяч. И на поле Черкизова нача­лось форменное безумие. Полдюжины тел в красно-зеле­ной форме погребли под собой Асатиани. Счастливый Самедов за воротами со всей силы лупил ногой бортик с рекламой. Маминов, секундами ранее утешавший старого соперника Титова, пальцами обеих рук показывал куда-то в небеса.
Я смотрел на все это - и мне становилось безумно больно за болельщиков «Локо». У этой команды был сумасшедший потенциал. Изредка она о нем вспоминала. А потом вновь погружалась в пучину склок и дрязг.
Был волшебный матч со «Спартаком» - а потом серая безнадега в Перми. Был одухотворенный поединок с «Зенитом» - и тут же убогая ничья дома с «Лучом». И так -весь сезон. Вдуматься только: «Амкар», «Динамо», «Рубин», «Томь», «Крылья» и «Луч» на своих полях одержали над «Локомотивом» шесть побед общим счетом 16:4!
Закончилось все так, как и должно было закончиться. В последних четырех турах, когда команда встречалась с аутсайдерами и середняками, «Локо» набрал всего два очка. А в заключительный день турнира, 11 ноября, на своем поле был проигран матч аутсайдеру, «Кубани» - 2:3. Абсурд заключался в том, что за счет этой победы краснодарцы даже не смогли спастись в премьер-лиге.
Южная трибуна в тот день уже совсем не сдерживала своих чувств. Как ни силилась служба безопасности клуба, баннеры появлялись один за другим: «Липат-off». «Это все липа!» «(Филатов+Семин) - Липатов = «Локо».
После игры фанаты швыряли вниз десятки шарфов. Владимир Маминов, глядя на это, плакал. Но таких было немного...
Динияр Билялетдинов сказал мне:
- Я из-за дисквалификации сидел на трибуне и, когда игра закончилась, не стал ничего ждать. Бежать, бежать, сесть в машину - и быстренько скрыться со стадиона. Ощущения были, мягко говоря, неприятные.
А Бышовец, появившись на пресс-конференции, про­изнес короткий, но впечатляющий монолог.
- Вы этого добивались, и вы это получили, - сказал тренер, обращаясь то ли к журналистам, то ли к болельщикам, то ли к игрокам, то ли к руководству «Локо». А далее последовал уже процитированный пассаж о том, что «нет предела человеческой мерзости».
- Команда восприняла это на свой счет? - спросил я позже Билялетдинова.
- Сначала я не понял, к чему он это сказал. А потом кое-что начало проявляться. Может, в чем-то он был и прав. Не знаю, что и кого конкретного имел в виду, но мерзопакостные моменты в прошлом году присутствовали.
Разговор о том, что имеет в виду Динияр, еще впереди. Да, не удивляйтесь: кошмары в «Локомотиве» образца 2007 года казались бесконечными. Вспоминалась поговорка: лучше ужасный конец, чем ужас без конца.

У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Вт июл 22, 2008 20:07


А на следующий же день, 12 ноября, грянул гром.
Не дожидаясь двух оставшихся матчей в Кубке УЕФА -дома против датского «Копенгагена» и на выезде - с греческим «Панатинаикосом», в отставку были одновременно отправлены и главный тренер Бышовец, и президент Семин.
Липатов - остался.
И встретился 13 ноября с группой журналистов.
- Почему в отставку были отправлены и главный тренер, и президент клуба?
-Прежде всего, мне хотелось бы поблагодарить Юрия Семина и Анатолия Бышовца за работу в «Локомотиве» и за то, что они вписали в историю клуба победу в Кубке России. Перед началом сезона у нас была договоренность: ответственность за результат должны нести оба. К сожалению, случившееся с нашей командой в чемпионате не поддается никакому осмыслению, поэтому со вче­рашнего дня Семин и Бышовец в клубе не работают - это факт. Пусть и малоприятный. Мне неприятно вдвойне, потому что это была моя инициатива пригласить Юрия Павловича, как человека «Локомотиву» не постороннего. Но уговор есть уговор.
Вместе с Бышовцем уходят и все тренеры, которые с ним работали. Команду до конца сезона будет готовить Ринат Билялетдинов (главный тренер дублирующего состава «Локо». -Прим. И. Р.), а с кандидатурой нового главного тренера мы определимся до того момента, как футболисты уйдут в отпуск.
- Семин и Бышовец уже ответили за результат этого сезона. Какова мера вашей ответственности?
- Моя ответственность заключается в том, что я пригласил на работу людей, которые не справились с поставленной задачей. Наверное, еще несколько таких приглашений - и мне самому в фуболе делать будет нечего.
- Что именно в работе президента клуба не устроило совет директоров?
-Нам было очень интересно работать с Семиным как с личностью, человеком ответственным и деликатным. В то оке время, возможно, у него не оказалось тех качеств, которые соответствовали бы понятию «менеджер». Юрий Палыч - человек чувственный и искренний. В какие-то моменты он не сумел удержать в себе тренерские эмоции.
- Предлагалось ли по ходу сезона Бышовцу уйти в отставку?
-Нет.
- Он говорит, что предлагалось.
- Я и совет директоров этого не делали.
- Быть может, неспешность решения по Бышов­цу связана с необходимостью платить ему неустой­ку?
- Нет, это связано только с негативным опытом по смене тренера в конце прошлого года (Муслина на Долматова. - Прим. И. Р.). Сейчас я уверен, что хороший тренер — это больше чем сто процентов гарантии результата. Финишный отрезок этого сезона иначе как позором назвать не могу. Не было ни командной, ни тренерской воли.
- Бышовец жаловался на травлю. Почему клуб не встал на защиту тренера, когда один из журналистов «НТВ-плюс» заявил, что у него есть информация - игроки попадают в основной состав за деньги?
- А что нам было делать? Устроить разбиратель­ство, подать в суд и получить 30рублей компенсации? Это неприятный, противный факт... Я позвонил журналисту. «Так получилось, ну сказал», - говорит он. Вот и вся история.
- Команда с топ-клубами билась изо всех сил и выигрывала, а с середнячками желание побеждать куда-то пропадало. Быть может, все дело в разных премиальных?
- Нет, дело не в этом. Иногда материальная мотивация и не срабатывала. А премиальные, к слову, что на клубы-гранды, что на «Луч» и «Томь», были схожими. Могу только сделать вывод, который я вынес для себя из общения с игроками. Дело в том, что функциональная готовность оставляла желать лучшего - все пошло с предсезонных сборов, на которых был сделан упор не на физику, а на работу с мячом. Почему мы побеждали в рейтинговых мат­чах? Во многом за счет эмоций, запредельной самоотдачи. А когда игры не столь высокой важности, когда надо включать физическую готовность, следовал провал.
Есть еще один важный момент - мы хотим, чтобы тренеры, приходящие в команду, не выносили сор из избы. Я понимаю, что, может быть, Анатолию Федоровичу кажется, что ему не дали реализовать потенциал, -что-то в нем, безусловно, есть... Времени не дали? Простое правило - тот, кто приглашает, тот и увольняет. И в вину мы, клуб, что-то ставим тренерам, а не наоборот!
- Круг кандидатов на пост главного тренера очерчен?
-Да, это тренеры из молодой плеяды, которые на слуху. Мы взвешиваем все - вплоть до недопустимости подобных пресс-конференций, которые случались у Анатолия Федоровича. Бренд клуба в результате был основательно разрушен.
- Не думаете, что определиться надо еще до ухода команды в отпуск в начале декабря - время-то уходит!
- Нет, надо все взвесить, чтобы не допустить того, что случилось в этом году. К сожалению, тренерский опыт и амбиции каждого из наших специалистов во главе клуба мешали работе. Договоренности о том, что Юрий Павлович приходит только на роль президента, были нарушены - он не смог сдержать в себе эмоций, когда видел, что команда может играть лучше. О большем умолчу.
- Как на совете директоров была оценена работа президента клуба?
- В части реформирования клуба она неидеальна. Не единожды Юрию Павловичу предлагалось что-то поменять, но он не соглашался... А в целом я хочу сказать, что менеджмент клуба был на низком уровне. Приезжаю недавно в Баковку - все поля в снегу. Почему подогрев не работает? Руководитель базы говорит, что мощности котельной не хватит и на корпус базы, и на подогрев. Я только руками развел... В силу разных причин поля в Баковке были плохими, обычные колхозные поля были лучше. Сейчас мы сделали их хорошими, но котельная подкачала.
С другой стороны, мы развиваемся. В прошлом году клуб заработал 15 миллионов долларов, в этом - 28, прогноз по следующему году - 49.
- Правда ли, что у Семина и прежнего президента клуба Валерия Филатова остается по 15 процентов акций клуба, а остальные у главного акционера - компании РЖД?
-Да.
- Что скажете о заявлении Гарри О'Коннора по поводу баснословных премиальных за гол в финале Кубка?
- Гарри — простой, хороший парень, но, как мне сказал его агент, со странностями. Мы, кстати, с этим шотландцем не прокололись и заработали на трансфере.
-Да из деревни этот Гарри, - добавил Валерий Красновский. - Вот и все.
Нет, это было не все. Через некоторое время последовал ответ Семина, пришедшего в редакцию «Спорт-Экспресса».
- Судя по последним решениям руководства «Локомотива», вы уже для клуба отрезанный ломоть.
- Вряд ли здесь уместен такой термин. Не считаю себя отрезанным ломтем, поскольку оставил след в историю «Локомотива». Нельзя к «ломтям» причислять и Филатова. Мы вдвоем сделали для клуба столько, что дай бог пришедшие вслед за нами люди осилят хотя бы сотую часть тех дел. Мы начинали практически с нуля и кропотливо шли наверх, добившись с «Локомотивом» больших успехов. Надеюсь, болельщики этого не забудут. Ни старое поколение, ни новое.
К слову, они всегда относились с большой симпатией как ко мне, так и к Филатову. А в данной ситуации я был не нужен руководству клуба. Причем изначально был не нужен. Вероятно, они выработали следующий план: убрать одну большую фигуру в лице Филатова и прикрыть ее другой фигурой - моей.
-А почему вы стали не нужны руководству?
- Это очень сложно понять. Есть много вещей, о которых остается только догадываться. Если бы мне, например, по окончании сезона сказали: «Ты ошибся вот тут и тут». Мы бы сели, обсудили, выслушали мнения друг друга. Я как президент доложил бы, почему какие-то вещи не получились. Но ничего подобного не произошло. Меня лишь известили о случившемся: приняли «пакетное» ре­шение убрать президента и главного тренера. Но если придерживаться такой логики, тогда должен быть освобожден от своей должности и господин Липатов. Поскольку он принимал более активное участие во всех вопросах - финансовых и кадровых.
- Когда вы узнали об этом решении?
- Буквально за пять минут до того, как меня вызвали на совет директоров, где и было объявлено это решение.
- По словам Липатова, «пакетное» решение об увольнении вас и Бышовца в случае неудачи оговаривалось еще перед началом сезона.
- Такой договоренности не было. И в моем контракте, расссчитанном на два года, ничего подобного не значилось: если занимаешь такое-то место, то тебя увольняют. Думаю, Сергей Владимирович здесь немножко лукавит.
- А как сейчас выглядит вертикаль власти в «Локомотиве» по сравнению с временами, когда вы там работали вместе с Филатовым?
- Не хотел бы углубляться в эту тему. Скажу о другом. У нас с Филатовым на каждом этапе совместной деятельности возникали разногласия, но мы были подчинены одному общему делу - футболу. Именно это мы ставили во главу угла. И выигрывали и чемпионаты, и Кубки, и на международной арене достойно представляли Россию. По финансам «Локомотив» был самым профессиональным клубом. В чем это выражалось? В том, что наш бюджет насчитывал около 35 миллионов долларов, из ко­торых 25-28 зарабатывали сами. Фут-бо-лом! И только около 10 миллионов нам предоставляли в РЖД. Сейчас ситуация другая. Пусть о ней говорят нынешние руководители.
-Между вами и Филатовым остались разногласия?
- По сравнению с тем, что сейчас происходит в клубе, наши разногласия - сущая мелочь. У нас с Филатовым они возникали из-за футбола.
-Правда ли, что два месяца назад вы предлагали свою кандидатуру на пост главного тренера?
- Я себя никогда никому не предлагаю.
- А что за встреча у вас состоялась в день матча против «Копенгагена» с Якуниным?
- Мы виделись на стадионе, как обычно, во время матча. Последний разговор с Владимиром Ивановичем состоялся в тот момент, когда объявили о моем освобождении от должности.
Эта беседа состоялась уже ближе к концу декабря, когда в судьбе Семина произошел крутой поворот. Он был приглашен на пост главного тренера киевского «Динамо». И подписывать контракт в столицу Украины приехал прямо с отдыха в Карловых Варах...
А могло, говорят, все сложиться совсем по-другому.
Вот что написала в номере еще от 29 октября газета «Твой день»:
«По нашей информации, 24 октября в Кремле проходил съезд железнодорожников, на котором обсуждалась стратегия развития компании до 2030 года. Вел заседание лично Владимир Якунин. Во время выступления делегатов работал sms-портал. На большом экране, установленном в зале, в режиме онлайн транслировались вопросы приглашенных. Когда свой доклад читал председатель совета директоров "Локо " и глава "ТрансТелеКома " Сергей Липатов, подавляющее большинство вопросов зада­валось ему, естественно, о "Локомотиве ", а чаще других -почему команда фактически провалила сезон. Но за Липатова решил ответить Владимир Иванович, он выбрал один, самый короткий вопрос: "Станет ли "Локомотив " победителем Лиги чемпионов к 2030 году? " И его ответ стал приговором Липатову.
- Я беспощадно отношусь к таким людям, которые сами ставят высокие цели, обязуясь их выполнить, а потом их с треском проваливают, - сказал тогда Владимир Якунин, а затем, обращаясь непосредственно к Липатову, продолжил: -Я вас неоднократно предупреждал и больше терпеть этого не буду.
После этого в зале раздались оглушительные аплодисменты».

Если кто-то из читателей не доверяет такому источнику, как «Твой день», то вот цитата из аналогичного материала в «Известиях».
«На недавнем съезде железнодорожников в Кремле -событии очень масштабном, которое удостоил вниманием сам президент Путин, - о футболе речь заходила не раз. Глава РЖД Владимир Якунин был вынужден лично отвечать на тревожные вопросы с мест по поводу подведомственной ему команды. А в одном из эпизодов он напрямую и довольно резко покритиковал председателя совета директоров футбольного клуба Сергея Липатова, стоявшего в ту минуту на сцене. В ответ из зала раздались аплодисменты... Впрочем, в самом РЖД считают, что критика была направлена по другому адресу.
-Я сама присутствовала в этот момент в зале, -рассказывает "Известиям " заместитель начальника департамента корпоративных коммуникаций Наталия Акафьева. - Отвечая на вопрос, верит ли он, что "Локомотив" может выиграть Лигу чемпионов к 2030 году, Якунин сказал: он беспощадно относится к тем, кто обещает и ничего не делает. Но непосредственно к Липатову не обра­щался. И вообще, насколько я знаю, никаких предпосылок к смене руководства клуба на сегодня нет. Ведь помимо чисто спортивных задач мы хотим сделать "Локомотив " самоокупаемым, а с этой точки зрения клуб сделал большой шаг вперед».
Даже из крайне дипломатичных слов сотрудницы РЖД становится понятно: в какой-то момент Липатов «подвис». Что произошло потом - тайна за семью печатями.
Среди бывших сотрудников «Локо» весьма популярна версия, что еще в день матча последнего тура с «Кубанью» диспозиция складывалась в пользу увольнения Липатова и прихода Семина на должность главного тренера. Но якобы поздно вечером председатель совета директоров отправился с какими-то предложениями на дачу к президенту РЖД - и наутро Семин с Бышовцем обнаружили, что они безработные.
Вот тут мы правду точно никогда не узнаем.



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Вт июл 22, 2008 20:14


Как только из клуба был уволен Семин, в «Локомоти­ве» началась глобальная чистка. Создавалось впечатление, что на дворе 30-е годы: если человек работал во времена Филатова и Семина, то он - «меньшевик» или «эсер». Ату его!
Глава фан-клуба «Локо» Сергей Савченко в декабре, получая приз газеты «Советский спорт» за лучшие баннеры, рассказывал:
- С уходом Бышовца и Семина поиск виноватых в провальном сезоне не закончился, увольнения продолжаются. Ушли, причем не по собственному желанию, почти все люди, начинавшие трудиться в клубе еще во времена Филатова - Семина: вице-президент Устинов, главный инженер стадиона Кривойкин, офицер по безопасности Горшков, директор по развитию и стратегическому плани­рованию Горячев, директор школы Родионов, Ольга Волкова, которая вела журнал «Наш "Локо"»... Список можно продолжать и дальше. Среди виноватых оказался и я. После 31 января уже не буду возглавлять Клуб болельщиков «Локомотива».
Уехал в Киев вслед за Семиным и Сергей Овчинников. Должности спортивного директора родного клуба, достойной фигуры его масштаба, ему не предложили: ее занял Дмитрий Баранник, в 80-е годы игравший в «Зените», а затем живший и работавший в Норвегии. Правда, когда вопрос о новом главном тренере еще был открыт, Босс успел отметиться эпатажным, в своем духе, заявлением: «Если меня назначат главным тренером, на следующий год "Локомотив " выиграет чемпионат России, а еще че­рез год - Лигу чемпионов. Если этого не произойдет, я больше никогда не буду тренировать».
Естественно, Липатову даже в голову не пришло об­думывать эту идею всерьез. Председатель совета директоров, который Овчинникова с его языком без костей на дух не переносил, надо думать, воспринял новость о его отъезде на Украину с облегчением. Оттуда, конечно, тоже можно критиковать - но не настолько часто и на­зойливо.
Увольнения продолжились. Лишились работы десят­ки людей - в частности, теща Дмитрия Лоськова, много лет трудившаяся в клубной бухгалтерии. Но самый гром­кий скандал возник вокруг пресс-атташе Александра Удалыюва, которого в силу теплых взаимоотношений с Семиным очень не любил Липатов. Его просто... забрали в армию. И вряд ли это можно было считать простым совпадением. По крайней мере, все работники старого «Локомотива» не испытывают на этот счет ни малейших сомнений.
Удальцов, проведший месяц в воинской части в Балашихе, а ныне проходящий службу в качестве помощ­ника пресс-атташе футбольного клуба «Динамо», рассказывает:
- За день до матча с «Копенгагеном» я, как обычно, приехал на базу, провел пресс-конференцию. Сажусь в машину, и тут стук в стекло. Думал, какой-то журналист, что-то спросить хочет. А человек лезет ко мне в машину. В штатском, кстати, что, как я узнал позже, запрещено законом. Их двое приехало, оба в штатском, на «Тойоте Камри». Показательный момент, по-моему. Как и то, что призывную комиссию собрали в неурочный день, только ради меня. И медкомиссию проходил интересно. «Видишь буквы?» - «Ни одной не вижу». - «Здоров!» Итак далее.
Я потом спрашивал одного человека из службы безопасности: как машину-то частную запустили на охраняемую территорию базы? «Мне позвонили, сказали, что Красновский на этой машине едет». На самом деле чужому автотранспорту туда просто нереально заехать!
За пару недель до всех этих событий мне позвонил Липатов: «Заканчивай рисовать баннеры, или будем решать с тобой вопрос по-другому». Я подумал - изобь­ют, что ли?
Никакого прямого отношения к баннерам - будь то против Бышовца или Липатова -я не имел. Да, часть моих обязанностей включала в себя работу с клубом болельщиков. Но я всегда придерживался тех же позиций, что и Семин, который говорит: «Никто не имеет права затыкать болельщикам рот!» Новые люди в клубе считают иначе.
И еще был один интересный момент. На пресс-конференции, когда представляли Рахимова, главный редактор еженедельника «Футбол» Hemp Каменченко спросил Липатова: «Удальцов в армии, кто будет пресс-атташе?» Сергей Владимирович ответил: «Для нас уход Александра в армию стал очень неожиданным. Но служить ему год, и если он не растеряет своих профессиональных качеств, мы его ждем». Так все хорошо, красиво. А потом меня после присяги на сутки домой отпустили, и этот день как раз пришелся на новогоднюю корпоративную вечеринку в «Локомотиве». Как я мог не поехать, если люблю этот клуб и у меня там столько друзей? Приезжаю, люди видят меня, наголо обритого. Фурор. Все на меня как на обезьянку смотрят, фотографируются. А через пять минут подходит охрана и говорит: «По решению руко­водства вам здесь находиться нельзя». Вот так они меня ждут через год...
В клубе, разумеется, по поводу призыва Удальцова придерживаются прямо противоположного мнения: все, дескать, по закону, «священный долг и почетную обязанность» должен выполнить каждый. И не надо, дескать, демонизировать фигуру Липатова, который уж таких-то связей точно не имеет. Пришло время - служи.
Эта история - ни в коем случае не обвинение. Прямых доказательств-то нет и быть не может. Просто - информация к размышлению.
И еще один нюанс на ту же тему. Валерий Баринов рассказывает:
- На одной спортивной радиостанции есть программа про «Локомотив», куда звонят болельщики и задают ведущим вопросы. Однажды спросили, что произошло с Удальцовым? К тому времени все, кто имеет хоть какое-то отношение к «Локомотиву», уже знали, что Саша служит. И вдруг ведущий раздраженно говорит: «Мы уже много раз вам отвечали: он в зарубежной команди­ровке. И не надо больше задавать этот вопрос!» Если не знаешь - не делай таких категоричных заявлений, а если знаешь, но говоришь заведомую ложь - значит, кто-то тебя об этом настоятельно попросил. У меня возникло четкое ощущение, что это был как раз второй случай...


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 17:11


Но и это еще не все о чудовищном сезоне «Локомотива»-2007.
Потому что едва ли не самым громким скандалом он громыхнул в последней игре - в Афинах против «Панатинаикоса».
Исполнявший обязанности главного тренера «Локо» Ринат Билялетдинов позже рассказывал:
- Все началось с того, что я заменил Питера (Одемвингие. - Прим. И. Р.) в матче с «Копенгагеном». Вспомните, как он провел этот тайм?! Если игрок ходит по полю пешком, как это было в случае с Одемвингие, зачем мне держать в игре такого форварда? Вот я и заменил тогда нигерийца в перерыве и, считаю, поступил правильно. А дальше пошло-поехало...
Честный и бескомпромиссный человек, Ринат Билялетдинов не стал тогда смотреть на сумму зарплаты Одемвингие и на то, сколько за него «Локомотив» заплатил «Лиллю» (официальные данные гласили, что это 7 миллионов евро, неофициальные - что все десять. - Прим. И. Р.). Он увидел, что форвард совершил всего два рывка за тайм - и оценил его игру по заслугам.
Тогда же, в перерыве, Одемвингие собрал вещи и уехал со стадиона. Точно как Спахич в матче первого круга с ЦСКА. И с тем же дисциплинарным эффектом от руководства. Точнее, отсутствием такового.
Сергей Гуренко позже говорил мне в интервью «Спорт-Экспрессу»:
- Для меня хуже всего - слова Одемвингие об игре с «Копенгагеном», когда его заменили в перерыве: «В первом тайме я не бегал, потому что берег силы на второй». Как может такое сказать профессиональный футболист, человек, который хоть немножко уважает партнеров по команде?! Нам надо обязательно победить - а ты, напа­дающий, заявляешь, что берег силы! Не выйти на поле не так страшно, как выйти, но ничего не сделать.
К этому остается добавить, что матч тот «Локо» на своем поле проиграл - 0:1. И практически лишился шансов продолжить борьбу в Кубке УЕФА.
Чтобы объяснить читателю, что Ринат Билялетдинов -не просто отец Динияра, а по-настоящему уважаемый в «Локомотиве» человек, думаю, достаточно будет двух цитат.
Первый - болельщицкий баннер на матче с «Копенга­геном»: «Саярыч, ты достоин, как никто другой».
Второй - слова Дмитрия Сычева в интервью «ПроСпорт».
- Как ты воспринял временное передвижение на должность главного тренера Рината Билялетдинова?
- Очень положительно. Я много с ним общался и знаю его как большого профессионала. Он умеет общаться с игроками. По умению завести игроков Саярыч очень похож на Палыча - настроит так, что игроки будут нестись на соперника с бешеными глазами. Внимательно следит за Европой, за всем новым, старается это перенимать и вносить в свой тренировочный процесс.
Легионеры же восприняли Билялетдинова-старшего как временщика. И позволяли себе делать все, что им за­благорассудится.
Отсутствие санкций за преждевременный отъезд дало повод Одемвингие совсем распоясаться.
- После матча с датчанами я провел с командой два тренировочных занятия, на которых Одемвингие просто откровенно саботировал рабочий процесс, — рассказывал Ринат Билялетдинов газете «Твой день». -Я с позиции исполняющего обязанности главного тренера сначала не хотел вмешиваться в ситуацию. Но когда другие футболисты пашут на тренировках и рвутся в состав, как тот оке Траоре, к примеру, как я должен был, по-вашему, поступить? Поэтому я доверил место в основе малийскому фopварду.
Перед матчем с греками я включил Одемвингие в число запасных. Сказал ему, что рассчитываю на него во втором тайме. Чтобы он со свежими силами включился в игру и принес «Локомотиву» победу. На что он ответил: «Я лучше матч на трибуне посмотрю». То есть, получается, Питер считает, что на трибуне он принесет клубу гораздо больше пользы, чем на поле. Сумасшедшие деньги просто развратили таких игроков! Возвысили их над другими игроками команды!
Знаете, мне очень жаль, что сейчас в команде нет ни Босса, ни Евсеева, ни Лоськова. Они бы, не сомневаюсь, быстро поставили зарвавшегося Одемвингие на место, если бы возникла подобная ситуация. К слову, в Греции с нигерийцем ребята тоже хотели выяснить отношения по-мужски, но мне удалось сдержать их эмоции.
К словам Билялетдинова-старшего, после той игры вернувшегося к обязанностям главного тренера дубля «Локомотива», необходимо добавить еще одну деталь. Отказавшись находиться в запасе в Афинах, Одемвингие отправился на трибуну. Где преспокойно сел к... Сергею Липатову, с которым, по свидетельству очевидцев, беззаботно перешучивался на протяжении всей игры.
В конце декабря в гости к редакции «Спорт-Экспрес­са» пришел председатель Счетной палаты России Сергей Степашин. Несколько вопросов было задано и про «Локо­мотив»:
- «Газпрому» неэффективное использование средств теперь действительно не предъявишь. А РЖД?
-Думаю, Владимир Иванович Якунин разберется сам. Все компоненты для успешной игры у «Локомотива» есть, и я уверен, что с новым тренером команда заиграет по-новому. А Юрия Павловича я проводил: он приходил ко мне в гости перед отъездом в Киев. Его отставка — тоже странное решение. Хочу пожелать ему удачи, потому что он замечательный, высоконравственный человек. Сложновато ему, конечно, будет на Украине. Надеюсь, у него все же получится. Если киевское «Динамо» во главе с нашим тренером поднимется наверх, это также будет оценка отечественного футбола.
-А Бышовец вас не разочаровал?
- Конечно, разочаровал. Все видели результат. Плюс не сложилась ситуация в команде, постоянные трения. Да и Семина трудно в чем-то винить - он же не занимался тренировочным процессом. Думаю, это была тактическая ошибка в первую очередь Липатова.
- Как расцениваете последний случай в этом клу­бе - когда Одемвингие отказался оставаться в запасе и ушел в VIP-ложу к Сергею Липатову? Это нормально?
- Ненормально. И это вопрос к Липатову. Не единственный, кстати. Но я надеюсь, что в будущем сезоне все проблемы в «Локомотиве» будут преодолены.
Резкое недовольство происшедшим выражали и игро­ки «Локо».
Сергей Гуренко в январе (Одемвингие в этот момент выступал на Кубке Африки) говорил мне:
- Неуважение было проявлено ко всей команде. Ясно, что он вышел бы во втором тайме для усиления игры. Забей гол-два, докажи, что должен был играть в стартовом составе - и тогда говори: «Вот, смотрите!» Доказать, что в тебе ошиблись, можно только на поле.
- У греков два гола как раз и забил футболист, вышедший на замену, - Пападопулос. Между прочим -форвард сборной Греции, которому незазорно было выйти со скамейки запасных...
- Проблема не в том, что человек ошибается - ошибиться может каждый, -а в том, как он ведет себя после ошибки. С Одемвингие мне детей не крестить. Если он будет играть и работать как следует, никаких вопросов к нему не останется. Его извинения мне не нужны, он взрослый человек, сделал все обдуманно, не под дулом пистолета. Теперь только игрой может доказать ребятам, что чувствует себя частью этой команды.
-Но правильно ли отреагировали ветераны «Локо», ничего не сказав Одемвингие после его отказа остаться в запасе на матч с «Панатинаикосом»?
- Лично я в конце прошлого года уже ничему не удивлялся. И был ко всему готов.
- Это и называется апатией?
- Ощущение было такое: происходит то, что ты уже в любом случае никак не способен изменить. Мы как будто находились в двухместной шлюпке, а было нас - одиннадцать. И шлюпка уже шла ко дну, и невозможно уже было что-либо с этим сделать.
Дмитрий Сычев тоже недоумевал:
- В любом случае будем ждать от него объяснений. Надо послушать, что человек скажет. Интересно послушать, почему он так поступил. У нас все - люди с характером, но вести себя подобным образом нельзя. Прежде всего по отношению к команде и тренеру. Главное в коллективе ~ взаимное уважение и честное отношение друг к другу. А все эти истории лишний раз говорят о болячках и язвах, которые зрели в течение прошлого сезона. В «Ло­комотиве», который прежде жил как одна семья, такого не было никогда.
Интереснее всего было узнать, что думает по поводу оскорбления, нанесенного его отцу, Динияр Билялетди-нов. Когда мы беседовали с ним в январе в Турции, молодой капитан не особо даже пытался сдерживать эмо­ции. До такой степени, что после окончания беседы я предложил ему на следующий день перечитать текст ин­тервью и внести в него любые необходимые изменения. Мы встретились - и в целую полосу газетного текста смелый футболист внес всего пару незначительных кор­ректировок. ..
- Не ждал я от Питера такого, честно. Вроде про­фессионал высшей степени, играет не первый год. И выкинуть такое... Он признал, что не прав, но от этого не легче.
- Он же не команде сказал, что не прав, а пока только Рахимову.
- Команде не сказал. Думаю, чтобы сказать команде, нужно быть сильным человеком. Никто не будет заставлять его это делать. Надо, чтобы все побыстрее устаканилось, и мы начали работать по-другому. Но если такой инцидент был, значит, что-то нездоровое происходит в коллективе.
- Как лично вы сможете это переварить - тем бо­лее что оскорбили вашего отца?
- Это во-первых. А еще проявили наплевательское отношение к команде. Давайте теперь все шестеро запасных обидятся, что не попали в состав, и уйдут на трибуну. Вполне можно было бы выйти на замену и помочь.
Скамейка запасных - это своеобразная встряска. Иногда она должна быть. Тебя сажают -ив тебе кипит злость на себя. Выйду и докажу! Может, в прошлом сезоне мне этого и не хватило, надо было меня посадить пару раз, чтобы подзадорить и разозлить. Если ты такой великий футболист, докажи это делом, как тот грек, что вышел и забил нам два гола!
- Как теперь Одемвингие вам в глаза смотреть будет?
- Нормально будет. Это не те люди, которым бывает стыдно. И ладно бы ходил на следующий день расстроенный из-за того, что проиграли и вылетели. А человек с улыбочкой ходил, глаз не опускал. Ничего не случилось, все хорошо. Хи-хи да ха-ха. Покровители его ходят, по плечу гладят: ничего, мол, Питер, все в порядке.
- Он один так себя вел или еще кто-то?
- Было еще парочку... Но зачем их называть?
- Что он должен сделать, чтобы вы его простили?
- А я не собираюсь никого прощать. Человек совер­шил поступок, поставил зарубку. Если он способен на такое - значит, способен. Непонятно только, что им двигало. Может, правда, помутнение сознания? Если ты такой честный, скажи за три дня до игры: «Извините, я психологически не готов. Морально сломался, сезон провален, опустились руки». И тренер тогда не будет на тебя рассчитывать, тактику по-другому станет строить.
-Ходили слухи, что вас с трудом удержали от «мер физического воздействия» в адрес Одемвингие.
-Желание немножко поговорить по-мужски было. Но, если честно, я не знал, как себя в такой ситуации вести. Через два часа играть - и тут такое случается. Не знал, чем забить себе голову - мыслями об игре или всеми этими пакостями. Выбрал первое. С остальным решил разобраться потом.
- Но почему нигерийца не одернул кто-то из «ста­риков»?
- К сожалению, инициатора не нашлось.
-Доводилось слышать мнение, что если бы в команде оставались Лоськов с Евсеевым, то Одемвингие бы не поздоровилось.
- Может, это и преувеличение. Сейчас у людей такие контракты, что попробуй их ударь. По судам затаскает, и тебя еще накажут потом. Времена меняются, и то, что раньше можно было решить мужским разговором, теперь будет себе дороже.
- Но какие-то меры воздействия должны же быть!
- Меры воздействия должны идти сверху. Как ста­вят себя руководители перед игроками, чего требуют, что запрещают - так себя футболисты и ведут. Понятно, если задействованы какие-то посторонние «интересы» -тогда, что бы ни произошло, человека все равно будут гладить по головке. Контраст в отношении к разным игрокам есть в любой нашей команде. С этим можно жить -любимчики были всегда и везде. Но коллектив дожжен быть коллективом, никто не имеет права друг о друга вытирать ноги.
- Отец пришел в себя после случившегося?
- Довольно быстро. Потому что все, в сущности, к тому и шло. Команда была разобрана еще за три тура до конца чемпионата, что и показали результаты.
- Тем не менее высказался он в прессе беспрецедентно резко.
- Его вывело из себя интервью Одемвингие под заголовком: «Мне надоел бардак в "Локомотиве"». Кто ты такой для клуба, чтобы рассуждать, что тут творится? Ты пришел сюда летом, выходи и играй! Не ты строил этот клуб, не тебе о нем и рассуждать.
- С таким контрактом, как у нигерийца, многое дозволено.
-Деньги деньгами, но надо оставаться человеком. Кто против того, чтобы ты много зарабатывал? Я никогда не считаю чужие деньги. Мне интересно другое - как человек играет, как ведет себя. Нельзя наплевательски относиться к людям, которые тебя окружают.
- Если бы отца клуб как-то наказал за громкое интервью, как бы вы на это отреагировали?
- А его бы не наказали. По той простой причине, что в этом случае вынуждены были бы наказать и Одемвингие. А того не тронули. Вот и вся теорема.
- По моему мнению, Рината Саяровича не наказали еще и потому, что боялись вашей реакции.
- Может, и так. Но, считаю, надо называть вещи своими именами. После игры никаких острых комментариев папа не давал. И только после выхода интервью Одемвингие про бардак в «Локомотиве» он не выдержал и решил разъяснить ситуацию. Это была ответная реакция.
К словам Билялетдинова-младшего стоит добавить, что реакция его отца оказалась очень жесткой. Прочитав интервью нигерийского форварда в газете «Твой день», он, человек эмоциональный, сам перезвонил в издание для того, чтобы объяснить журналисту, как все было на самом деле. Там же все педантично записали на диктофон и опубликовали.
Вот пара цитат оттуда:
«Мне хватило четырех дней, чтобы разобраться с этой коммерческой сворой, с гастарбайтерами Одемвингие и Родолфу».
«Такой мерзавец, как Одемвингие, остался в шоколаде, а я, человек, отдавший 30 лет "Локомотиву ", отстаивающий честь клуба и страны, оказался в г...»
«Такие игроки, как Одемвингие, Родолфу - это сволочи, которые заполонили наш футбол, и которым наплевать и на клуб, и на страну! Но, слава богу, у нас еще много игроков и тренеров, для которых понятие "патриотизм " - не просто слова».
На мой взгляд, Ринату Саяровичу Билялетдинову ни в коем случае не стоит жалеть о своей горячности.
О том, что сказал правду, вообще жалеть нельзя.
И я не знаю человека из числа поклонников настояще­го «Локомотива», кто бы ему за эти слова - открыто или мысленно - не поаплодировал.
Еще ряд любопытных подробностей о матче «Панатинаикос» - «Локомотив» рассказал в интервью «Советскому спорту» защитник Олег Пашинин.
- Такое невозможно себе представить, наверное, ни в одной команде. Там ведь не один Одемвингие отличился. Родолфу минут за двадцать до конца собрал свои вещи с лавочки и ушел в раздевалку. Этим, по-моему, все сказано. Настолько разложился коллектив.


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 17:26


Я, например, подошел к Родолфу и сказал ему, что нет у них права в команде, для которой они еще ничего не сделали, так поступать и показывать пример молодым футболистам. Оправдания им не вижу. Хотя Рахимов сказал, что он выслушал Одемвингие - и его понял. А Спахич? Он же специально шел на красную карточку в игре с «Копенгагеном» (чтобы не ехать в Грецию и досрочно уйти в отпуск. - Прим. И. Р.)! В нормальной обстановке и при нормальном руководстве это дело было бы наказуемо.
В команде с дисциплиной каждый год становится все хуже и хуже. Разбаловали звезд наших локомотивских. Полная безнаказанность. Руководство и тренерский состав уже никому не предъявляют никаких претензий. А такое никогда не приводило к хорошему. Раз человек что-то сделал - его не одернули, промолчали, не объяснили, что здесь так не принято. Два, три... Это все равно что ребенка избаловать - потом долго будешь плоды пожинать. Эта игра с греками — вина и тренера, и руководства. Раньше таких людей, как Одемвингие и Родолфу, просто не взяли бы в команду. Должно же быть представление о них не только как о футболистах, но и как о людях! Почему за пятнадцать сезонов никто ни разу не отказывался играть? Ни при Муслине, ни при Эштрекове, ни тем более при Палыче до такого бы точно не дошло.
Этот монолог меня, честно говоря, потряс. И не из-за содержания. А из-за того, что вообще-то Пашинин - один из самых молчаливых людей в отечественном футболе. Взять у него интервью мне удалось только в чемпионской раздевалке после золотого матча-2002. Там выяснилось, что говорит он на самом деле очень хорошо. Но чрезвычайно редко. До какой же степени возмущения надо было его довести, чтобы он разразился такой речью!
Кстати, после окончания сезона Липатов предложил Пашинину контракт вдвое меньше прежнего, и футболист решил закончить карьеру. Он пошел учиться в Высшую школу тренеров, а одновременно «Локомотив» - изобра­жая тем самым желание сохранять в клубе своих ветера­нов - предложил ему должность.
Директора вновь созданного департамента по работе с болельщиками.
Чего хочет клуб, предлагая работать с фанатами не профессионалу в этой области, а футболисту?
Клуб хочет, как говорится, не быть, а слыть.
Если же возвращаться к Одемвингие, то было бы не­правильно оставить читателей без его собственной пря­мой речи. Свои разъяснения он дал «Советскому спорту» в феврале, после возвращения с Кубка Африки.
- Знаете, почему болельщики медали вашего приезда в клуб больше всего? - спросили его журналисты.
- Если ждали - значит, я один из важных игроков команды. Это приятно. Я тоже рад вернуться.
- Не только поэтому. Ждали, как вы вернетесь в команду после завершения прошлого сезона. Почему вы отказались оставаться на скамейке запасных в последнем матче Кубка УЕФА с «Панатинаикосом» и ушли на трибуну?
-Непростая ситуация. Я был заменен в перерыве предыдущей игры с «Копенгагеном». И тренер мне ничего не сказал, не объяснил. Перед матчем с «Панатинаикосом» у меня был такой период... В общем, я чувствовал себя не так хорошо. В тот момент я был просто... lost -Одемвингие вспоминает английское слово, которое в данном случае можно перевести как «сломленный морально». — Да, на мне есть вина за ту ситуацию. Я каюсь.
- Теперь вам нужно говорить с Динияром Билялетдиновым, который в начале года в одном из интервью раскритиковал ваше поведение.
- Узнал, что Динияр так сильно воспринял эту ситуацию, уже после того, как я улетел из Москвы после окончания сезона. О чем именно он говорил, мне неизвестно. Да и обо всем он должен сказать мне сам. Я уважаю его мнение, он должен уважать мое. Понимаю, что это его отец. И как капитан он мог сказать, что такое поведение неправильно, что мы должны уважать выбор тренера. Но я в тот момент сделал так, как чувствовал, как хотел сделать. И я поступил бы так же в подобной ситуации, если бы на его (Билялетдинова-старшего. - Прим. И. Р.) месте был другой тренер.
- Что, вы можете представить себе такой поступок и в вашем прежнем клубе «Лилле»?
- Я такого никогда не делал...
- Так что случилось в конце прошлого сезона?
- Персональная обида у меня, конечно, была. Мне казалось, что тренер делает неправильно. Он - новый человек. До него мы жили своей жизнью. Если тренер не знает игроков по характеру, это его проблема. Есть те, кто серьезно относится к тренировкам. Но я не из тех, кто всегда на них концентрируется. Потому что это я. Потому что это хорошо для моей игры.
- С Рашидом Рахимовым вы обсуждали эту ситуацию?
- Да, когда он возглавил команду, спросил меня, что случилось. Я ответил, что нехотел играть в Греции, даже выходить на замену с такой головой не видел смысла. Тем более в составе были игроки, которые большую часть сезона провели в запасе, а та игра ничего не решала. Пусть лучше играли бы они.
- Ваш поступок - это...
- ...нехороший пример. Клод Пюэль (главный тренер «Лилля». - Прим. И. Р.) тоже был не из легких людей. В один уик-энд играешь в основе, забиваешь, а на следующие выходные не попадаешь в основу. В последний год моего пребывания в клубе многие стали говорить тренеру об этом, в итоге было продано много игроков. А прошлогодняя ситуация... после нее, думаю, и тренер должен оглянуться, я же на ней уже учусь...
Рядом с интервью «Советский спорт» опубликовал записку, которую Одемвингие, отлично владеющий русским языком, написал для читателей: «По этой ситуации я виноват как профессионал. Признаю свою вину. Все бывает в жизни, но надо прощать друг друга, как сказал Иисус. Не держать злость в себе, потому что только дураки держат в себе злость долго».
Последуем совету Одемвингие, уважаемые читатели? Или попадем, по его классификации, в категорию дураков?
Лично мне это интервью сказало, что ничего-то он не понял.
Почему не он, Питер Осазе Одемвингие, должен по собственной инициативе объясниться с командой, а Динияр Билялетдинов обязан подойти к нему и выяснить отношения?
Почему во Франции он ничего подобного себе не по­зволял, а теперь «поступил бы так, если бы на его месте был другой тренер»? Потому что это Россия?
Почему Билялетдинов-младший должен уважать мне­ние Одемвингие? Из-за того, что он так поступил по отношению к тренеру и команде?
Почему свое безответственное отношение к тренировкам он перекладывает на плечи тренера, который-де - «новый» человек? Да этот новый человек играл за «Локомотив», когда Питер Осазе еще не родился!
И за что же все-таки он кается, если на каждый упрек у него свое оправдание? Разве не ясно, что это покаяние- поза, необходимость, «потому что так надо»? И уж приплетать Иисуса - это уже, полагаю, чистой воды демагогия...
Впрочем, хорошо, что это интервью вышло. По край­ней мере, позицию человека мы теперь знаем. Кого-то его слова, вероятно, устроят. Мне они показались фальшивыми. «Покаяние поневоле» - так я бы их назвал.




Разумеется, в интересах Рашида Рахимова было погасить страсти вокруг Одемвингие - безусловно, важного для него игрока - как можно быстрее. Поэтому на пер­вом сборе, будучи не слишком довольным, что я вообще затрагиваю эту тему, но будучи слишком умным, чтобы пытаться мне это запретить, Рахимов прокомментировал ее так:
- Такие поступки не одобряю, но сам Одемвингие, с которым я разговаривал до его отъезда на Кубок Африки, сознает, что повел себя неправильно. Сказал ему: «Если ты психологически не готов к игре, то сказать об этом должен не на установке, а гораздо раньше». Он ответил, что все понимает, и признал, что не имел права так реагировать на предложение остаться в запасе. Для него это будет уроком. Считаю, что инцидент, в котором решающую роль сыграли эмоции и который дополнительно разо­жжен прессой, нужно забыть. Когда он вернется, футболисты обо всем поговорят и поймут друг друга. Сейчас надо не раскручивать заново старую историю, а работать.
Что ж, скандалов вокруг Одемвингие пока больше не было, и это хорошо. Тем не менее нигде не проходила ин­формация, что он лично извинялся перед командой. И ка­кие чувства испытывают к нему многие партнеры по «Локо» - большой вопрос. А значит, первый же срыв мо­жет привести к серьезным последствиям.
Впрочем, Рахимов производит впечатление человека, способного справиться с прошлогодним хаосом в коллек­тиве.
В «Локомотив» бывший главный тренер австрийской «Адмиры» и пермского «Амкара» пришел на условиях жесткого единовластия по всем вопросам, касающимся команды. В том числе и штрафов, и премиальных, и даже общения игроков с прессой.
На первой же пресс-конференции, когда журналист адресовал вопрос о месте и времени предсезонных сборов Сергею Липатову, Рахимов тут же счел нужным вмешаться: почему, мол, вы задаете вопрос не по адресу? Такие вещи - только в компетенции главного тренера.
Сразу же после того, как Рахимова представили игро­кам, он спросил Липатова и нового президента клуба Ни­колая Наумова: есть, мол, вам еще что сказать? Узнав, что нет, вежливо попросил руководителей выйти, поскольку ему нужно пообщаться с игроками наедине. Те вынуждены были подчиниться.
На банкете для спонсоров «Локо», устроенном в день представления Рахимова, главный тренер появился с некоторым опозданием. Липатов тем временем произносил долгую речь. Потом слово было предоставлено Рашиду Ма-маткуловичу. «Я долго говорить не буду, - сказал он. - Наслаждайтесь вечером. Отдыхайте. Спасибо».
На моем блоге в рамках интернет-портала «Спорт-Экспресс» один из читателей просил задать вопрос Рахи­мову:
- Собираетесь ли пресекать сепаратное общение отдельных игроков с руководством клуба через голову тренера, что было до вашего прихода?
-Думаю, что этого общения не будет, - категорично ответил Рахимов. - Лично мне оно не нравится, и постараюсь сделать все возможное, чтобы его не было.
А вот как представил нового главного тренера Липа­тов:
- Хотя решение пригласить Рахимова было принято достаточно быстро, это вовсе не значит, что оно было необдуманным. В поле нашего зрения он попал не сегодня и не вчера. Мы рассматривали несколько кандидатур, в том числе иностранцев. Но остановились на Рахимове прежде всего потому, что налицо было поступательное движение вперед «Амкара», в котором он работал ранее. Кроме того, у него есть зарубежная тренерская лицензия Pro. А западное образование в области спортивного ме­неджмента имеет пока, как ни печально, больший вес, нежели российское. Сыграло роль и то, что Рахимов играл за «Локомотив» в 1993-1994 годах. Так что для нашего клуба он человек не посторонний.
- Каков кредит доверия новому главному тренеру?
- Срок контракта - три года, - на наш взгляд, говорит сам за себя.




Сергей Гуренко поделился первыми впечатлениями от работы с новым тренером:
- Рахимов сразу дал понять, что здесь нет ни первого, ни тридцатого номера - здесь есть команда. Он хочет сделать все, чтобы в «Локомотиве» не было разделения на иностранцев и россиян, опытных и молодых. Мы тут же поняли; отныне все равны и у всех одинаковые шансы играть. Уверен, что Рахимов никогда не простит разгильдяйства, высокомерия, оскорбительного отношения к партнерам.
В том же духе высказался и Дмитрий Сычев:
- У Рахимова никто не позволит себе того, что некоторые позволяли в прошлом году. Такие неприятные ситуации, как в конце минувшего года, уверен, не повторятся. Всем уже понятно, что поблажек не будет никому. Всем стало ясно, что Рахимов - человек со стержнем. Жесткий: дисциплина прежде всего. У него никто не посмеет заниматься ерундой ни на поле, ни за его пределами.
Дай-то бог. Интеллект и харизма у нового главного тренера «Локо» очевидны. Знания - тоже. Все игроки от­мечают, что работает он по новейшим технологиям, а из Перми захватил с собой 270 (!) DVD-дисков с записью каждой своей тренировки в «Амкаре». «Когда все задо­кументировано, гораздо легче работать», - объясняет специалист.
Вопрос к Рахимову пока только один. Одно дело - тренировать «Амкар» с его средненьким подбором игроков, и совсем другое - российский топ-клуб. Сможет ли перестроиться с рабочих лошадок на звезд - по российским, разумеется, меркам? Ведь далеко не всем тренерам, наделавшим шума с «пролетариями», удается потом совладать с «аристократами». Другой уровень таланта, другой мента­литет, другая степень самомнения. Справится ли с ними «демократический диктатор», как Рахимов любит себя называть?
- Не боитесь ли, что «гламурные мальчики» вас скушают и не подавятся? - спросил Рахимова читатель на моем блоге.
- Я несъедобный. Так посыплю себя перчиком, что есть будет неприятно, - парировал тренер.
Вот только слишком уж большие завалы предстоит разгребать в «Локомотиве» новому тренеру, чтобы это случилось быстро и безболезненно. Человеческие отношения -материя настолько тонкая, что если что-то уже разорвано, сшить заново стоит огромных усилий.
Если это вообще возможно.
А потому у меня вызвали хоть и некоторое удивление, но не изумление результаты первых поединков «Локо» в новом сезоне. А именно - поражение от «Зенита» в матче за Суперкубок и проигрыш «Рубину» в стартовом туре чемпионата-2008. Оба - в Москве.
Недуг в эту команду проник настолько глубоко, что ей невозможно просто проснуться и начать новую жизнь.
Ей придется терпеть и бороться за свое выздоровле­ние. Шажок за шажком, усилие за усилием.
И пока нет гарантий, что выздороветь вообще получится. Председатель совета директоров-то у клуба все тот же -Сергей Липатов. Человек, с приходом которого, как ни крути, у «Локомотива» начался откат с золотых позиций.
Во время последней встречи с журналистами он на голубом глазу сказал о взаимоотношениях в коллективе:
- Думаю, что проблема была во многом надумана. Многие вещи раздувались теми изданиями, которые способны сделать сенсацию из ничего.
Даже если проигнорировать весь текст автора этой книги, заведомо сочтя его предвзятым, и ознакомиться только с прямой речью главных и второстепенных героев повествования, станет ясно: разговор о надуманности проблем в «Локомотиве» - это обман. Либо нас, либо самого себя.
Если все будет зависеть от самого Рахимова - у него будет шанс справиться. Хотя вряд ли - сразу.
Вот только от прежних повадок избавиться трудно, если вообще возможно. Оказался ли Липатов способным на полное критическое переосмысление событий прошлого года? Сможет ли он долго находиться в тени? Не потянет ли его вновь к старым «друзьям» - к Спахичу, Одемвин-гие, еще к кому-то? Не захочется ли снова назначать гигантские суммы премиальных, устраивать разборы полетов в отсутствие главного тренера, ходить с отдельными футболистами в рестораны? Иными словами - разрушать команду?
На сегодня все эти вопросы - риторические. Ответы на них даст только жизнь. Как и на то, необходимо ли во­обще присутствие Липатова в новой структуре «Локомо­тива». Спортивную его часть целиком забрал себе Рахи­мов. Хозяйственную и организационную - новый прези­дент Наумов, человек Якунина. На последней встрече Липатова и Наумова с журналистами примерно 70 процентов опубликованных цитат принадлежат последнему. Деталь, по-моему, показательная.
Ясно одно: успехи Рахимова - последний шанс для Липатова остаться в «Локомотиве». Бронзу 2006 года ему удалось спихнуть на Филатова, седьмое место 2007-го -на Семина и Бышовца. Якунин пусть и не слишком футбольный, но достаточно умный руководитель, чтобы в третий раз не наступить на те же грабли. А потому вряд ли Липатов будет сейчас тянуть одеяло на себя. В его интересах - «без пыли и шума» обеспечивать Рахимову условия наибольшего благоприятствования.
Но это - сейчас. Что начинает происходить в команде, когда позиции Липатова по-настоящему крепки, мы уже знаем...
«Команда сейчас вызывает ассоциации с пружиной, которая вот-вот разожмется», - говорит Липатов. Правда, и после прошлогодней победы в Кубке России он ут­верждал, что в «Локо» царит единство.
И все же не исключаю, что вскоре мы увидим молодой, энергичный, устремленный вперед «Локомотив». И будем аплодировать ему.
Но такого сердечного влечения, как к тому, старому доброму, филатовско-семинскому «Локо», наверное, уже не будет никогда.
У этого «Локомотива», возможно, будет тело.
У того «Локомотива» точно была душа.
И те сотни тысяч болельщиков, в кого она вселилась, не забудут об этом никогда.


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 17:47

Часть II

От первого лица




Юрий СЕМИН:
«В ПОСЛЕДНИЕ ГОДЫ "ЛОКОМОТИВ" СОШЕЛ С ПУТИ ДОБРОТЫ»



Юрий Семин - человек основательный. Недаром его лучший друг, популярный актер театра и кино Валерий Баринов как-то сказал о нем: «Он строитель, а не пожар­ный». Поэтому когда ближе к концу декабря я позвонил ему и предложил в ближайшие дни встретиться и дать обстоятельное интервью для книги о «Локомотиве», но­вый главный тренер киевского «Динамо» ответил: «Так быстро я не могу. Для столь серьезной работы это полу­чится слишком поверхностно. Конечно, у меня много мыслей о том, что происходит с моим родным клубом, но нужно все как следует обдумать, проанализировать, возможно, прийти к каким-то более серьезным выводам. К разговору готов, но попозже».
В итоге наша беседа состоялась больше чем месяц спустя. Семин к тому времени уже успел выиграть с ки­евлянами Кубок Первого канала в Израиле и вернуться в столицу Украины. Там-то, в номере главного тренера на шестом этаже тренировочной базы «Динамо» в местечке Конча-Заспа, вечером 5 февраля и состоялся наш двухчасовой разговор. Который, по-моему, превратился в глубокую, пробирающую насквозь исповедь.
Крайне непривычно было видеть Семина в синем ди­намовском спортивном костюме. Под которым все равно живет красно-зеленая душа...

- Знаете, почему у «Локомотива», за который до 90-х годов мало кто переживал, так прибавилось поклонников, почему нашу команду стал любить народ? - задался воп­росом Семин. - Уверен: не только из-за спортивных ре­зультатов. А еще и потому, что в этом клубе никогда не было склок и скандалов. На фоне перемен, которые происходили в стране, людям в жизни очень не хватало позитива. Открываешь газету, включаешь телевизор - а там убийства, грабежи, политические распри...
А от «Локомотива» всегда шел один позитив. У всех были ясные глаза, честность по отношению к болельщи­кам, игрокам, футболу вообще. Игроки верили президен­ту и тренеру, знали, что за все отвечают два человека, которые никогда их не обманут и не дадут в обиду. Ни один футболист, уходивший из команды, не говорил о ней ни одного плохого слова, а большинство из тех, кто провел в ней серьезный период времени, обязательно получали работу в клубе. Все люди знали, что не перестанут быть интересными «Локомотиву», когда больше не смогут приносить ему пользу как игроки. Отсюда и клубный патриотизм, который появился и развивался в течение многих лет. А в прошлом году на моих глазах угасал...
Филатов и я были в равной мере причастны к созда­нию того «Локомотива», который успели полюбить столько людей. Мы много лет вместе делали одно большое дело, и было глупо, да и неправильно ставить вопрос, кто сделал больше. И для игроков мы всегда были единым целым. Но, к сожалению, в какой-то момент нашлись люди, которые стали подогревать разговоры на тему, кто внес более значимый вклад в локомотивское дело - Семин или Филатов. Как-то это, видимо, воздействовало и на нас. Мы с Валерой с юности крепко дружили. Но в какой-то момент сугубо частные разногласия, связанные исключительно с ра­бочими футбольными вопросами, затмили главное, что было в наших отношениях - как профессиональных, так и личных. Не очень хорошую роль сыграло и окружение каждого. Мы оба совершили немало ошибок - и связанных с моим уходом и возвращением из сборной России, и других... К сожалению, хоть у нас с Валерой и много общих друзей, но так и не нашлось людей, которые посадили бы за стол, заперли снаружи дверь и сказали: «Что вы творите? Сядьте - и пока не разберетесь со всеми своими проблемами, из этой комнаты не выйдете!» Хотя, конечно, не только окружение виновато, но и мы сами...
Самое главное, что каких-то очень уж больших разно­гласий не было! Никто никого не предавал! Только и надо было - как следует поговорить. Наверное, в жизни каждой семьи случаются такие моменты - а у нас в «Локомотиве», по сути, и была точно такая же семья. Есть люди, которые в критический момент умеют остудить собственные эмоции, умерить амбиции и понять: быть поодиночке - это пустое. Мы этого понять не смогли.
Понимаю, что от этого пострадали не только мы с Филатовым, но и весь «Локомотив». Потому что вместе нас свалить было бы невозможно. Имея такие возможности, мы в любом случае продолжали бы выигрывать. И тогда не пришли бы чужие люди, которые не знают и не любят этот клуб, и «Локомотив» не сотрясали бы скандалы, и у него, как прежде, с каждым годом увеличивалось бы число болельщиков.



А в прошлом году у тех же болельщиков перед матча­ми отбирали баннеры, которые неугодны руководству, и указание это идет, вне всякого сомнения, от господина Липатова. Мы на эту тему очень много с ним разговаривали, и я всегда говорил, что нельзя ничего людям запрещать -естественно, кроме высказываний расистского и националистического содержания! Запрещая болельщикам выражать свое мнение, мы убиваем демократию, убиваем у ребят искреннее чувство по отношению к команде, их ощущение единства с клубом - а ведь этим всегда и отличался «Локомотив». И ведь далеко не всегда высказывания были негативными: вспомните, какое великолепное полотно с призывом «Рвать и метать» вывесили на матче со «Спартаком»! Пусть тот же Липатов поймет: никто и никогда этими ребятами не руководит! Они пишут то, что чувствуют, то, что отражает их сегодняшнее настроение. Так во всем мире происходит - в той же Италии. Попробуйте отобрать баннеры у тамошних «тифози» - знаете, что начнется? И почему мы должны ждать, что в конце провального сезона они будут писать: «Липатов - молодец!» или «Се­мин - молодец!»? Что заслужили - то и писали.
Что бы ни говорил Бышовец, я никогда никому не го­ворил, что писать - пусть найдут хоть одного болельщика, которому бы я такое сказал. Как бы человек ни был мне неприятен, я работаю с ним в одном клубе, и пользоваться такими методами - значит работать не против этого человека, а против клуба.
Когда я перед сезоном разговаривал с болельщиками, то подчеркивал, что мы ни в коем случае не должны быть агрессивными по отношению к болельщикам других клубов. Равно как и по отношению к чужим футболистам и тренерам. Это не наш путь!
В «Локомотиве» всегда был другой путь - путь доброты. Этой добротой мы завоевывали новых болельщиков, которым не нравилась агрессия фанатов других клубов. Они хотели быть иными - и становились ими в «Локомотиве». Поэтому никто никогда не говорил о каких-либо стычках, массовых драках, связанных с нашими болельщиками. Но для того чтобы они были такими, сам клуб к ним должен относиться с добротой. А из-за запрета на баннеры, невозможного в прежние времена, эта доброта стала уходить. И болельщиков за последнее время мы потеряли немало.
С Филатовым мы сейчас иногда встречаемся. Могли ли бы выпить с ним по рюмке? Конечно! Могли бы вновь работать вместе? Кто знает, в жизни все может быть!
Повторяю: мы друг друга не предавали. А вот пожи­мать руку Липатову при встрече мне бы не хотелось. Не­давно мы столкнулись на вечере РФС, поздоровались - но мне это было неприятно. Он неискренний человек, не сделавший для «Локомотива» даже маленькой доли того, что сделали для него мы.


Я вообще не понимаю, как Липатов появился в футбо­ле и какое право он имеет управлять клубом, не являясь его штатным руководителем. Сергей Владимирович же не устает подчеркивать, что выполняет обязанности председателя совета директоров без зарплаты, на общественных началах. Ему кажется, что он знает футбол, хотя у меня совершенно другое мнение по этому поводу. Уверен, что такие дилетанты, мнящие себя профессионалами, только вредят - причем не только отдельным клубам, но и всему российскому футболу.
Если бы он сам купил «Локомотив», я бы все понял: хозяин имеет право поступать со своей собственностью так, как пожелает. Но Липатов - совсем не Абрамович, который приобрел «Челси» и вложил в него собственные деньги! Кстати, что сделал тот же Абрамович, купив «Челси»? Он привел туда самого сильного спортивного менеджера в Европе - Питера Кеньона, не поскупившись на то, чтобы забрать его из «Манчестер Юнайтед». Если Абрамович заходит в раздевалку, то только для того, чтобы поздравить игроков с победой или выразить сочувствие после поражения. Но он никогда не позволит себе навязывать мнение по футбольным вопросам, потому что понимает, что этим должны заниматься профессионалы. Липатов же с самого начала принялся наряду с тренерами и селекционерами просматривать кассеты с записью игр возможных новичков. Если новый в футболе человек просматривает кассету и навязывает тренеру, кого брать, а кого нет, это уже о многом говорит.
Только не надо мне рассказывать, что он играл - в дубле «Кубани» или где-то еще. Во-первых, этого точно никто не знает, а во-вторых, каждый в молодости где-то играл. Выходит, потом человек разлюбил футбол, забыл о нем лет на двадцать, а теперь он ему вдруг опять понравился? Причем до такой степени, чтобы лично руководить процессом, в устоявшемся ведущем клубе страны все менять до основания? Или, может, славы захотелось - мелькать на страницах газет, по телевидению? Простого бизнесмена никто не знает, а первое лицо футбольного клуба знают все. Когда мы с Филатовым пришли в «Локомотив», до него никому дела не было. Зато теперь он - лакомый кусочек.
Кстати, у меня и у Валерия Николаевича - по 15 про­центов акций клуба, то есть у нас вдвоем есть блокирую­щий пакет. Но ни одного собрания акционеров в «Локомо­тиве» не было проведено, хотя это противоречит уставу акционерного общества.
Мы в клубе дорожили каждым сотрудником, никогда не разбрасывались людьми, здоровались и говорили «спа­сибо» каждой уборщице. А после моей отставки с поста президента клуба каждый день в «Локомотиве» переста­новки: такое чувство, что хотят выгнать всех тех, кто имел отношение к прежнему клубу. Стали приходить люди, по квалификации явно уступающие тем, кто был до них. Сравните хотя бы Биджиева и Баранника. У них же несопоставимый уровень! При всех своих недостатках Биджиев -профессионал, и немало отыгравший в «Локомотиве», и много лет в нем с пользой трудившийся. А Баранник полтора-два года работал в детской школе, а все остальное время продавал компьютеры в Норвегии. Не говоря уже о том, что никакого отношения к «Локомотиву» никогда не имел. Какую пользу он может принести? И как на такие перемены могут реагировать болельщики?
Почему в мадридском «Реале» спортивным директо­ром является Предраг Миятович, который там много лет играл, почему в руководстве «Милана» и «Интера» в по­давляющем большинстве работают люди, которые выступали в этих клубах и чувствуют себя их частичкой? Людей со стороны там практически не бывает. Так же всегда было и в «Локомотиве». А теперь пришло «время баранников».
Я ставлю себе в плюс как президенту клуба то, что за прошлый год сделали три футбольных поля для наших футбольных школ. Да, это не мои деньги, а РЖД, но мне приходилось каждый день напоминать, что мы должны тратить деньги не только на футболистов и их зарплаты, на мой оклад и оклад главного тренера, но и о детях не имеем права забывать. Если бы не напоминал - не уверен, что эти поля были бы построены. Каждый день ходил и проверял, как все строится!
Когда я ушел из клуба с должности главного тренера -сначала в сборную, потом в «Динамо», - там оставался Филатов. Он, как мог, поддерживал традиции и не уволил ни одного человека, чье имя ассоциировалось со мной. Так же и я пошел на пост президента клуба ради того, чтобы сохранить этот золотой человеческий фонд «Локомотива». Но теперь людей, которых мы так ценили, увольняют буквально пачками. Но рано или поздно во всем разберутся. «Локомотив» был и будет, а люди, которые сейчас им руководят, без сомнения, уйдут. Это все-таки не частный, а государственный клуб, который не дадут полностью развалить.
За последние годы, когда к власти в «Локомотиве» пришли эти люди, мы ни разу не играли в Лиге чемпионов, да и внутри страны ничего, кроме Кубка России-2007, не выиграли. Эти годы стали, на мой взгляд, потерянным временем и для нашего клуба, и для талантливых игроков, которые в нем собрались.



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 17:57


После моего увольнения с поста президента Липатов заявил, что мне не хватило менеджерских качеств. Тот менеджмент, который вводил он - это шарлатанство. Я бы с удовольствием публично поспорил с ним о качествах, которые нужны и не нужны менеджеру футбольного клуба. Через «Спорт-Экспресс» предлагал ему такой спор. Он не откликнулся.
Что я подразумеваю под шарлатанством? Кадровую политику, появление в клубе десятков людей, которые ни­когда не работали в футболе и вообще в спорте. Которые не понимают и не желают понять специфику и уникаль­ность этого явления. Многие подбирались какими-то кад­ровыми агентствами, не знают игроков не только в лицо, но даже по именам. Некие специалисты по маркетингу настаивали даже на том, чтобы клубные цвета полностью поменять - это надо же настолько не понимать, куда они пришли! Хорошо, хоть потом им разъяснили, что это невозможно. Каждый человек, который приходит в клуб, сразу считает нужным все по своему направлению поменять. Они сразу получают такие должности, такие зарплаты, что старым работникам клуба, более, на мой взгляд, квалифи­цированным, становится очень обидно...
Расстановка кадров не поддается никакой логике. На днях (этот и следующий абзацы Семин добавил в текст в конце февраля. - Прим. И. Р.) узнал, что Олег Пашинин назначен на должность руководителя по работе с болель­щиками. Какой в этом смысл? Олег учится в Высшей школе тренеров и уже обладает множеством профессиональных знаний. Еще будучи игроком «Локомотива», он великолепно проводил для всей команды растяжку - и, возможно, наделен талантом тренера по физподготовке. Хорошо учился в институте, знает физиологию... Это готовый главный тренер для клуба второго, а может, и первого дивизиона. В перспективе, не исключаю, он может и возглавить «Локомотив».
И если в клубе действительно дорожат людьми, кото­рые многое для него сделали, то почему не найти Пашинину работу по специальности - допустим, детского тре­нера? Какую пользу принесет его перевод на обществен­ную работу? Это же совсем другая профессия! Получается, что Пашининым пытаются закрыть амбразуру, залатать дыру, образовавшуюся в клубе, вместо того чтобы с пользой для дела применять его реальные знания.
За весь прошлый сезон, работая в «Локомотиве», я в прессе и на телевидении не произнес ни одного плохого слова ни о Липатове, ни о Бышовце - ни о ком. Молчать, не скрою, было трудно. Но я считал, что если человек пошел куда-то работать, то в это время не имеет права выносить сор из избы. Если бы я раскритиковал кого-то в прессе, все могло пойти еще значительно хуже - клуб мог вообще развалиться на части. Хотя куда уж хуже? Может, наоборот, стоило высказаться... Не знаю. Не раз бывал в ведущих европейских клубах и в деталях видел, как работают футбольные клубы «Челси», «Реал» (Мадрид), «Манчестер Юнайтед»... Речь не только о тренировочных программах, а именно о работе клубов. Мне есть с чем сравнить и было что предложить. Но то направление, которое было принято в «Локомотиве», повергло меня в шок.
Периодически у меня возникало желание хлопнуть дверью. Оставался только оттого, что мне хотелось сохранить людей, которые работают в клубе, в школе. Тот самый золотой фонд, о котором я говорил. Закончилось все тем, что всех их начали увольнять с того момента, когда уволили меня.
Тем не менее не считаю ошибкой то, что пошел на президенский пост в «Локомотиве». На многое взглянул с иного ракурса, чем прежде, многое за это время понял и почерпнул. В частности, по взаимоотношениям тренера и клуба. Каждому тренеру, который приходит в клуб, нужно понимать, что там есть свои традиции - и, безусловно, спе­циалист должен стремиться прививать и развивать что-то новое, но ни в коем случае не пытаться эти традиции в корне ломать, выкорчевывать.
В том числе поэтому, получив работу в киевском «Ди­намо», я не поехал туда с целым штабом своих помощников, а взял только одного Овчинникова. Если бы я повез целую бригаду тренеров, то без работы остались бы многие люди, которые верой и правдой служили этому клубу, трудились в нем не покладая рук. У меня нет подозритель­ности, мне заранее не кажется, что кто-то из местных меня захочет «съесть» - и поэтому я спокойно работаю с теми, кто работал до меня. Другое дело, что если кто-то пойдет с нами не по пути или, как позже выяснится, обладает недо­статочной квалификацией - этому специалисту придется уйти. Но на его место придет тоже динамовский человек. Нужно уважать клубные традиции и думать о будущем. Если кто-то приходит в команду с мыслью, что после нас -хоть трава не расти, то это не мой подход.
Еще президентство позволило мне реализовать идею Владимира Ивановича Якунина и провести во многих го­родах России массовый детский футбольный турнир «Локобол». Это было великолепно! На «Локоболе» я лишний раз увидел, что значат для мальчишек со всей страны игроки, которые до недавних пор выступали за «Локомотив». Я брал с собой то Овчинникова, то Джанашия, то Черевченко... Видели бы вы, с каким восторгом их принимали! На того же Овчинникова по полгорода съезжалось посмотреть! Дети с родителями в очереди стояли, чтобы у них автографы взять! Очень рад, что мы сделали такое большое дело. Но спрашивается - если турнир сохранится, кто дальше будет к этим детям ездить? Кого мальчишки будут знать, если ни в клубе, ни в школе не остается людей, которые играли за «Локомотив»?
Как президент я сохранил для российского футбола и сборной Измайлова, устроив его аренду в «Спортинг». К тому времени он год, по большому счету, не играл - но в португальском клубе поверили моему имени и моему слову. Чему сейчас, когда он играет и забивает, только радуются. Также в аренду в «Спортинг» был отдан Хад, вы­годно продан в «Бирмингем» О'Коннор. 15 человек, арен­дованных российским клубам, - тоже дело моих президент­ских рук.
Не жалею я и о том, что в феврале подал Якунину идею проведения Кубка РЖД, посвященного юбилею российских железных дорог. Лично занимался приглашениями участииков. Началось, кстати, с Фабио Капелло, которому я особен­но признателен. Он тогда еще работал в «Реале» и уговорил президента клуба приехать в Москву. Но благодарен я «Реа­лу», «Милану» и ПСВ не только за то, что они ни на йоту не нарушили условия контракта и привезли основных игроков. А еще и потому, что они провели много показательных за­нятий в нашей школе, съездили в больницу к детям.
Но самое важное для меня то, что я ушел, сохранив хороший контакт с работниками клуба, а также добрые, порядочные отношения с игроками и болельщиками. Жаль только, что меня отправили в отставку до того, как я успел подписать у Якунина программу развития детского футбола в отрасли. Не сомневаюсь, что Владимир Иванович ее бы одобрил.



Теперь прекрасно понимаю, что назначением на пост президента «Локомотива» меня попросту использовали. Липатов решил убрать Филатова - но для того, чтобы это сделать, нужна была серьезная фигура взамен. Нужна для болельщиков, которые с огромным уважением относились к Филатову и не поняли бы, если бы на его место пришел, к примеру, сам Липатов.
Предполагаю, что он и предложил Якунину назначить меня на должность президента. До того разговор у нас шел совсем о другом - о возвращении на пост главного тренера. И хотел я именно этого. Лишь за два-три дня до объявления окончательного решения я узнал, что тренировать команду будет Бышовец. Вариант такой рокировки возник только в последнюю неделю переговоров, и для меня это, конечно, не оказалось приятным сюрпризом. Сейчас я не сомневаюсь, что Липатов изначально не хотел видеть меня главным тренером, а нужен я ему был именно для такой «представительской» роли.
Тем не менее и от президентского поста отказываться не стал, тем более что к тому времени и не догадывался, что во всей этой комбинации Липатов предназначил мне роль свадебного генерала. Одну популярную фигуру во главе клуба сменили другой - и болельщики на некоторое время успокоились. Но ближе к середине сезона им все стало ясно...
Я начал понимать, что происходит, где-то с весны, когда в клубе стали меняться люди - началась так называемая структурная перестройка. И все время это происходило, как мне говорили, «по решению совета директоров». Хотя совет директоров ни разу за год не собирался. А откуда появлялись новые люди, никто не знает - никаких собеседований с ними мне проводить не давали. Так, в частности, пришел Баранник, которого какое-то время держали на восьмых ролях, а потом вдруг вознесли на ответственную должность спортивного директора.
Вскоре после начала сезона из интервью Липатова уз­нал, что, оказывается, у меня нет права вето по трансферным вопросам. Сам он мне ничего об этом не говорил. Объективности ради, надо заметить, что по всем возмож­ным приобретениям он со мной советовался. Иногда мы до ночи сидели и смотрели игроков на кассетах. Но, с другой стороны, я не понимаю, почему он, непрофессионал, должен этим заниматься. И не только он, а еще большая группа его людей, которые не просто смотрят, а навязывают мнение главному тренеру. При том, что в клубе была достаточно сильная селекционная группа во главе с Ти-щенко. Обсуждения у нас шли культурно, ни разу не дохо­дило до того, чтобы я сказал: «Нет, этого - только через мой труп!» Может, поэтому я из интервью и узнал, что у меня, в отличие от тренера, нет права вето?
Прочитав интервью, я не стал ничего говорить Липа­тову. Потому что уже понял этого человека и видел, что в таком разговоре нет никакого смысла. Примерно знаю даже, что бы он мне ответил, как бы выкрутился: «Это только для прессы сказано. На самом деле все не так».
Я не мог наложить вето не только на приобретение или продажу какого-то игрока. У меня не было никакой возможности повлиять в какую-либо сторону на сумму, за которую приобретается или продается игрок, на зарплату, которая ему кладется, на премию, выделяемую команде, на штрафы отдельным футболистам. По-моему, с должностью президента клуба все эти ограничения как-то не очень вяжутся. Поэтому ближе к концу сезона решил для себя: если не будут в корне пересмотрены мои полномочия, уйду в любом случае. Но меня вместе с Бышовцем уволили на следующий же день после заключительного матча чемпи­оната против «Кубани» и «бросили в топку» на две остав­шихся игры Кубка УЕФА Рината Билялетдинова...





У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 18:04


Вне всякого сомнения, эта новость застала меня врас­плох. Мне известно, что за сутки до того - даже меньше -ситуация выглядела совсем по-другому. В худшем случае я должен был остаться в клубе и отвечать за все спортивные вопросы, в то время как новый президент занимался бы программой финансирования. А в лучшем...
Мне непонятно, что могло произойти за одну ночь, ког­да все перевернулось с ног на голову.
Почему Якунин к Липатову прислушался? У Владимира Ивановича - громаднейшее хозяйство, он любит футбол, но у него нет времени уделять ему пристальное внимание. А потому, как любой руководитель, он прислушивается к тем людям, которые находятся ближе к ним и с большей регулярностью доводят до них свое видение проблем. Якунин смотрит на ситуацию глобально, он хочет той же доброты, которая была раньше, прежних результатов. Тем более что по возможностям, которые сейчас есть у «Локомотива», он ни при каких обстоятельствах не может быть ниже третьего места.
Человек, которому он доверил футбольное хозяйство, со своими обязанностями не справляется. Почему нет спроса с него, при том, что процессом жизни клуба руководил именно он, откровенно говоря, не понимаю.
Может, потому, что я не хотел отнимать слишком много времени у главы ОАО «РЖД». В принципе у меня был к нему прямой доступ, я мог позвонить ему в любое время и пообщаться на футбольные темы. Входил я и в детский фонд «Расправь крылья», созданный Владимиром Ивановичем. В любое время мог позвонить - и он снял бы трубку. Но не хотел нахально лезть через голову руководителя, который был надо мной, - председателя совета директоров. Хотя сегодня считаю, что это стоило иногда делать...
Свое видение ситуации я четко излагал Якунину во время сезона всего два раза. Один раз - в июне, после серии неудач» когда все зашло в тупик. Второй раз - незадолго до отставки. Всякий раз называл вещи своими именами. Видимо, нужно было это делать чаще. При этом я Вла­димиру Ивановичу очень благодарен. Думаю, что и правительственный орден мне вручили с его помощью и звезду на Аллее славы «Локомотива» положили тоже. Этот человек очень большое внимание уделяет детям и хочет, чтобы они росли здоровыми и крепкими. Но, к сожалению, с людьми, поставленными на футбол, ему не повезло. Во всех отраслях железнодорожного хозяйства у него все работает идеально, а здесь - увы.
Уже после увольнения Якунин предложил мне пост советника по спорту президента ОАО «РЖД». Что такое «советник»? Вообще ничто. Просто ходить при большом человеке и подсказывать ему - это не для меня. К тому времени поступило несколько предложений (киевского «Динамо» среди них еще не было, зато были российские клубы и одна из азиатских сборных), так что остаться без работы я не боялся. И, поблагодарив Владимира Ивановича за предложение, сказал, что пойду своим путем.



Сильный ли тренер Бышовец, был ли он когда-то тако­вым? Не знаю. Не мое дело давать оценки коллегам. Время покажет. Но, на мой взгляд, сильным нужно быть каждый день. Больше эту тему затрагивать не хочу.
Искренне думал, что мы сможем найти с ним взаимо­понимание. Но буквально с первых же дней Анатолий Федорович стал нарушать субординацию и через мою го­лову по всем вопросам общаться с председателем совета директоров, а может, и с кем-то из руководителей РЖД. И даже наверняка. Уже во время сезона вице-президент РЖД Вадим Морозов несколько раз делал мне замечания относительно болельщицких баннеров: что, мол, у вас там творится, зачем вы это делаете? А с Морозовым тесно общался Бышовец, который преподносил ему это так, что чуть ли не я все эти баннеры организовываю.
У нас с Бышовцем никогда не было каких-либо отно­шений, только «здравствуйте - до свидания». Я полагал, что каждый из нас будет заниматься своим делом и не мешать друг другу. Но у Анатолия Федоровича же за каждым углом стоят люди, которые не желают ему добра! И я сразу увидел с его стороны ревность. Если ко мне подходят игроки, и мы обсуждаем с ними какие-то простые бытовые темы - значит, окружение Бышовца тут же докладывает ему, что в команде зреет заговор. Почувствовав это, я перестал приезжать в Баковку и не появлялся там до конца сезона - хоть и живу в непосредственной близости от базы. И Липатову сказал, что любое мое появление может быть истолковано превратно, и лучше мне туда не приходить.
При этом сам Липатов появлялся в команде чуть ли не ежедневно, проявлял огромную активность. Общался на базе с игроками, обсуждал тренерские планы и так далее. Не знаю, из каких соображений он это делал - интереса, тревоги или чего-то другого - но я, будучи тренером, чувствовал бы себя в такой обстановке очень неуютно. Летом Липатов пригласил тренера по физподготовке. Я бы не допустил, чтобы кто-то привел в мой штаб человека со стороны, а Анатолий Федорович дал на это добро.
С командой я практически не соприкасался. Прекрас­но знал, что нагрузки в подготовительный период были настолько низкие, что не соответствовали уровню задач команды. Тренерский состав элементарно не соответствовал уровню игроков. Но лезть в тренерскую епархию не хотел, потому что это тут же было бы воспринято как попытка дискредитировать Бышовца.
Он все время в чем-то меня подозревал. Взять хотя бы историю с Пелиццоли, который в первой двусторонней игре допустил ошибку, и Бышовец возмутился: «Кого вы нам привезли?» Это была игра на публику, потому что наш селекционный отдел во главе с Тищенко дважды ездил его смотреть, и решение о приобретении итальянца принималось коллегиально. Тот же Бышовец точно так же поднял руку, как и все остальные. А потом - «кого привезли»!
После первого сбора Бышовец решил убрать Евсеева, и Вадим пришел ко мне. Столько лет работали вместе - и вдруг слышу: «Мне сказали, что вы против того, чтобы я оставался в команде. Это так?» Я аж опешил. У меня мало сомнений, что это ему сказал Бышовец. Я объяснил, что если бы был против, то сказал бы Вадику об этом лично.
Вмешаться в работу Бышовца я позволил себе только один раз - в ситуации с Лоськовым, отправленным в дубль перед первым полуфиналом Кубка. Это был один из тех немногих случаев, когда мы оказались едины с Липатовым, а также членом совета директоров клуба Красновским. Мы настояли на том, чтобы Лоськов вернулся в команду хотя бы до финала Кубка России и участвовал в нем. Если бы не наше вмешательство, думаю, Бышовец убрал бы его уже тогда. Эта история, кстати, заставляет меня думать, что инициатором расставания с Лоськовым был все же Бышовец, а не Липатов. В противном случае председатель совета директоров вряд ли на определенном этапе стал бы его защищать.
Лоськов уходил из команды со слезами на глазах. Не сомневаюсь: если бы он точно знал, что контракт с ним будет продлен, то остался бы в «Локомотиве», в том числе и за меньшую зарплату. И Лоськов, и Евсеев были очень преданы клубу, из которого их просто выдавили. Посмотрев на все происходящее, Лоськов сказал, что хочет не конфликтами заниматься, а в футбол играть. И агент помог ему быстро перейти в «Сатурн».
Почему таким вот беспардонным образом расстались с этими игроками и весь сезон ничего не давали делать в клубе Овчинникову? Как можно так относиться к людям, которые являются нашими символами, идолами для болельщиков, с которыми «Локомотив» все выиграл? Приходят руководители, которым на все это наплевать. Когда такие футболисты либо заканчивают карьеру, либо даже куда-то переходят, им в обязательном порядке нужно устраивать прощальные матчи. Но об этом не было и речи.
Была идея устроить прощальный матч Овчинникову на Кубке РЖД. Но у Липатова эта фамилия вызывала отторжение, и он не хотел слышать ни о том, чтобы назначить его спортивным директором (это было мое предложение), ни даже о том, чтобы он провел два матча с Ринатом Биля-летдиновым в роли помощника главного тренера. Еще в начале сезона предлагал Овчинникова в качестве вратаря -но и тут натолкнулся на яростное сопротивление.
В середине сезона ставился вопрос об увольнении из клуба Овчинникова, пресс-атташе Удалыюва и ряда дру­гих сотрудников. Я встал на их защиту, потому что считал себя обязанным отстаивать людей, очень полезных клубу. Тот же Удальцов, активный парень, с детства настоящий болельщик «Локомотива», не только профессионально исполнял обязанности пресс-атташе, но и сыграл огромную роль в становлении клубного фан-движения. Взял его на работу, по-моему, Филатов - но я видел пользу, которую человек приносит, и не мог позволить, чтобы его убрали. Вообще не понимаю, как тренер может влиять на такие вопросы. Если клуб сильный, у него должна быть стабильная инфраструктура и кадровая политика. В противном случае каждый клуб, меняя тренера, будет представлять собой выжженную землю.
Кстати, я испытал шок, когда уже после моего уволь­нения Удалыюва прямо с пресс-конференции из Баковки забрали в армию. Не буду называть имена, но эта история говорит о моральных качествах человека, который это организовал. Вновь приходится говорить все о том же уходе от доброй атмосферы, которая всегда была свойственна «Локомотиву». ..
Готов ответственно заявить, что первые полгода Бы-шовцу давали абсолютно спокойно работать. Ни я, ни кто-либо другой ни полуслова не говорили о том, что Бышов-ца нужно поменять. Не то что в интервью не говорили - об этом и речи быть не могло, - а даже в кулуарах, на трибуне или еще где-то. Подобные разговоры начались, пожалуй, только после ухода Лоськова, когда стало окончательно ясно, что команда и главный тренер не представляют собой единого целого.
Если бы по ходу сезона мне предложили пост главного тренера, наверное, согласился бы. Но ничего не делал для того, чтобы это произошло. И даже в разговорах об этом никогда не заикался. Никогда в жизни себя никому не навязывал.
Наоборот - осенью, когда стало окончательно ясно, что этот тренерский штаб с возложенными на него задачами не справился, я рекомендовал других специалистов. Тех, которые умеют выигрывать и не будут просить какое-то время на перестройку игры, потому здесь все уже есть. И состав, и финансовые условия, и инфраструктура. Среди тех, кого я рекомендовал, был и Газзаев. Но он остался в ЦСКА, а в «Локомотив» пришел Рахимов. Удачи ему.
Сейчас я чувствую себя счастливым человеком, потому что вернулся в свою тренерскую профессию. Ощущаю очень большой азарт, мне комфортно с молодыми игроками, накопилось много мыслей о том, как по-новому нужно строить тренировочный процесс... Я поглощен своей новой работой и чувствую огромный прилив энергии.
Но «Локомотив» по-прежнему в моем сердце. И я ни­когда не смогу назвать для себя эту команду - бывшей.


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 18:13

Валерий ФИЛАТОВ:
«ЛИПАТОВ ПРЕВРАТИЛ "ЛОКОМОТИВ* В ОСИНОЕ ГНЕЗДО»




Бывший президент «Локомотива» переживал свою от­ставку очень болезненно. С декабря 2006 года, когда она произошла, один из двух главных творцов железнодорож­ного чуда не дал ни единого интервью; от всех предложе­ний о возвращении в российский футбол отказывался точ­но так же, как и от бесед с журналистами. Даже матчей сезона-2007 практически не видел...
С Валерием Николаевичем мы знакомы полтора десятка лет, но никакой уверенности, что это поможет прервать его «обет молчания», у меня не было до последнего момента. А все потому, что Филатов всегда был равнодушен к публичной стороне своей работы и даже в лучшие времена на интервью если и соглашался, то с крайней неохотой. Он никогда не стремился завоевать расположение публики, слово «пиар» для него равносильно ругательству. И, скажем, когда лично собрал и повез в Чечню на специально арендованном самолете одежду и еду для российских солдат во время войны - строго-настрого запретил посвященным об этом рассказывать. Хотя сколько вистов на этом поступке мог бы набрать - понятно всем.
Но разговор для этой книги к пиару никакого отноше­ния не имел - в футболе-то Филатов больше не работает. Темой беседы был «Локомотив», филатовское детище, в которое он столько лет вкладывал всю душу. По свидетельству абсолютно всех, кто работал в клубе, бывший президент отдавался своему делу, как говорится, «на разрыве аорты». Люди не скрывают, что работать с ним было очень непросто - потому что от других он требовал не меньше, чем от себя. И, будучи человеком прямым и порывистым, отчитать в случае чего мог далеко не только в парламентских выражениях. Зато каждый знал, что это - искренне. На сто процентов.
Неравнодушие к тому, что происходит с «Локо», и по­будило Филатова в конце концов согласиться на беседу для книги. Разговор состоялся в первые дни марта в холле московского отеля «Арарат Hyatt» - и после того, когда диктофон был выключен, мы еще долго вспоминали тот, настоящий «Локомотив».
На одну тему, впрочем, он высказываться отказался наотрез. Об отношениях с Семиным...
- Больше года прошло уже с момента моей отставки из клуба, а ощущение никуда не уходит: вступил в дерьмо и никак не могу отмыться, - резко начал Филатов. - Никогда в «Локомотиве» не было такой обстановки недоверия и подозрительности, какая сложилась с появлением Сергея Липатова. Да, с тем же Семиным у нас за 15 лет было много жестких столкновений, но, во-первых, посторонние о них не знали: на публике, в том числе и при игроках, мы всегда были заодно. На первом месте у нас всегда шли интересы дела.
Потом же все затмили личные амбиции и непомерное тщеславие одного маленького человечка с комплексом Наполеона. Липатова.
При Липатове, который не может жить без интриг, «Локомотив» превратился в осиное гнездо. Седьмое место, которое команда заняла в прошлом сезоне, стало результатом именно тех отношений, которые сложились в клубе. При том, что, убежден, по составу более сильной команды в российском футболе нет. И тогда, и сейчас.
Как Липатов появился в клубе? Когда бюджет «Локо­мотива» составлял десять миллионов долларов, в РЖД нам доверяли и детально не следили за тем, как мы тратим деньги. Тем более что поводов для каких-либо подозрений не было: результаты нашей работы были налицо. Но затем бюджет клуба стал расти - двадцать, тридцать, сорок миллионов, - и тут уже всем стало очень интересно, сколько же Филатов ворует. Вот Липатова и поставили, как принято выражаться, «смотрящим» от РЖД.
Своей главной ошибкой считаю то, что я ему слишком доверял - как, собственно, и привык за всю свою жизнь, когда вместе с кем-то работаю. Думал, весь его интерес к тому, что происходит в «Локомотиве», - от души. Оказалось, сильно заблуждался. Так вышло, что прежде мне не доводилось сталкиваться с настоящим интриганством, - а когда я все понял, было уже поздно. Конечно, совсем не подпускать его к клубу было невозможно, но многих вещей мог бы не говорить. Потому что затем те же факты преподносились руко­водству РЖД в совершенно другом свете.
Когда Владимир Якунин возглавил РЖД, прямой кон­такт с ним у меня был: еще в бытность его вице-президентом компании мы работали над некоторыми совместными проектами. Встречались и после его повышения, отношения были вполне нормальными. Но, как только появился Липатов, практически все прямые контакты оборвались. Информация стала доводиться до верхов исключительно в нужном ему виде.
Когда в декабре 2006-го я пришел на совет директоров и узнал, что принято решение о моей отставке, больше всего мне было обидно одно. То, что мое мнение даже никто не выслушал, со мной не встретились - а просто поставили перед фактом. Думаю, заслужил, чтобы руководство узнало позиции двух сторон.
Зачем все это Липатову было нужно? Думаю, для самовыражения. Его же никто не знал. Ну, президент «ТрансТелеКома» - но ведь таких «транстелекомов» тысячи! А «Локомотив» - один. И ему страшно хотелось им порулить. Даже когда он уже был председателем совета директоров и контролировал финансовые потоки, окончательные решения по главным вопросам все равно принимал я. А Липатов рвался к власти, ему нужно было командовать. Одному.
Теперь понимаю, что за последние три месяца сезона-2006 он проделал огромную работу. Результатом чего и стала известная рокировка - хотя всем было очевидно, что Бышовец и Семин не сработаются. Но ради того, чтобы избавиться от меня, председатель совета директоров готов был пойти на все, что угодно.
В тот день я шел на совет директоров, еще ничего не зная. Мы заняли третье место, и я думал, что будет решаться вопрос о тренере- оставить Долматова или искать нового. Но все повернулось совсем иначе.
Никогда не обижаюсь, когда человек выражает свои эмоции, пускай и негативные, открыто. Тот же Вадик Ев­сеев - уникальный человек! Да, он крикнул в телекамеры после матча последнего тура чемпионата 2006 года: «Спасибо Муслину!» И что? Человек сказал, что думал, и имел на это полное право. И я от Евсеева много раз в лицо весьма резкие высказывания слышал. Липатов же одним людям говорил одно, другим - прямо противоположное. Встречался с игроками за моей спиной и за спиной Муслина, что-то им рассказывал, объяснял, обещал. Сохранить нормальную обстановку в команде при этом было просто невозможно.
Еще один пример его интриг - отношение к Семину. Когда в 2005-м возник вариант с его возвращением из сборной в «Локомотив», то, не буду врать, против были и я, и Липатов. Лично я все для себя решил еще в момент, когда Семин ушел в сборную. На эту тему, впрочем, больше ничего говорить не хочу.
А Липатов - тот был против его возвращения буквально до крика. Почему - не знаю, но было именно так. Но потом прошло каких-то полтора года - и тот же Липатов начал обхаживать Семина, чтобы в последний момент сделать его не тренером, а президентом. При этом не дав ему никаких полномочий. Когда мы с Семиным встретились уже после того, как в «Локомотиве» не стало ни его, ни меня, нам было что в этом смысле обсудить и друг у друга узнать...


Когда я стал президентом «Локомотива», находить деньги было очень сложно. Руководители у нас были фантастические - Паристый, Конарев, Фадеев, когда-то Бещев, которого я не застал, - но возможностей у них было не так много. А футболисты - народ непростой. Будем прямо говорить: это молодые люди с переоценкой собственных воз­можностей. Тем не менее общий язык мы с ними находили, и никто не скажет о нас ничего плохого. Потому что, когда клубы высшей лиги еще ничего не получали, мы уже платили игрокам тысячи долларов.
Сейчас все проще. Пришел - тебе дали. Захотелось кому-то - выкинули пять миллионов на Кубок РЖД. При этом убрали турнир ветеранов памяти Бещева, который мы каждый год проводили и которым гордились. Мы на этот турнир всегда с трудом собирали деньги, но у нас и в мыслях не было от него отказаться. Оплачивали командам-уча­стницам все расходы, и еще премии игрокам давали. И если вы хотите сделать что-то хорошее к юбилею РЖД, то почему не удвоить бюджет этого турнира, который при нас составлял полмиллиона долларов? Шикарно бы все орга­низовали, пригласили бы ветеранов со всего Союза, а не из шести-семи республик, как было в силу наших возмож­ностей. Это было бы достойно и по-человечески.
А для чего нужен был Кубок РЖД? Уму непостижимо. Ну испанцы-то с итальянцами едут, и это понятно. Зачем отказываться от дурных денег? Приехали, попили пивка, в ночной клуб сходили, уехали и тут же забыли. А наших ветеранов лишили встречи, о которой они с радостью потом год вспоминают. Да если вы хотите как-то потратить пять миллионов - постройте детям десять полей, а не турнир этот бессмысленный проводите!
Наверное, я просто не понимаю, что такое «пиар». В чем заключался пиар РЖД на этом Кубке? В том, что мы умеем выбрасывать на ветер огромные деньги?
Тогда уж признайтесь в том, что в действительности бюджет «Локомотива» в прошлом сезоне был не 70 мил­лионов, а 120. И что сейчас у клуба долгов на три миллиарда двести миллионов рублей (порядка 128 миллионов долларов. - Прим. И. Р.). В то время, когда я был прези­дентом, долг составлял 8-10 миллионов долларов, в пос­ледний сезон - 12. Но возвращать его мы собирались не из бюджета РЖД, а сами. Ничего невозможного в этом не было: я привык к тому, что железная дорога выделяет нам 10 миллионов из необходимых двадцати, а еще десять раз­ными путями нахожу сам.
Последние четыре года, которые я работал в клубе, наш бюджет составлял 30 миллионов долларов - и от нас тре­бовали только первое место. А сейчас при бюджете в 100 миллионов Липатов заявляет, что третье место будет удачным выступлением.
Люди расходуют то, чего не имеют - отсюда и долги. Это началось с 2006 года, когда я перестал владеть ситуа­цией. В 2005-м она еще более или менее была под моим контролем, а со следующего сезона деньги стал проходить через Липатова.
Мы платили игрокам реальные деньги - и у нас были реальные долги. Но когда выясняется, что Липатов выпла­чивает по 30-70 тысяч долларов премиальных за выигран­ный матч каждому футболисту, становится понятно, почему у клуба такой бюджет и такие долги. Большие премии игроки должны получать за достигнутый результат по итогам чемпионата, а выплачивать их за отдельные игры - нонсенс. Такой практики нет ни в одном солидном европейском клубе. К чему это привело в «Локомотиве» - известно.
В клубе говорят о баснословных доходах, которые по­явились в «Локомотиве» после смены руководства. А я на днях узнал, что из 60 VIP-лож в Черкизове, каждая из ко­торых при мне стоила от 50 до 80 тысяч долларов, на новый сезон пока продано только... две. Что и неудивительно - в предыдущие сезоны большинство лож выкупали либо мои друзья, либо друзья Семина. Теперь в клубе нет ни одного, ни другого.
Подтверждаю тот факт, что у меня, как и у Семина -15 процентов акций клуба. Впрочем, все это формально. На заседания акционеров, если такие вообще были, меня никто не приглашал. А я сам не звонил и не напрашивался. Какой смысл?



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 18:19


Не собираюсь утверждать, что я сам не совершал ошибок. В той обстановке истерии и у меня сдали нервы. Не прав был во многих вопросах - в частности, когда не то, чтобы приказывал, но все же советовал тренерам, кого включить в состав, кого нет. Здесь я опять же поддался влиянию Липатова, который с первого же дня начал создавать нервозную атмосферу. Он считал, что все время идет подковерная возня: тот купил, этот продал... И всю эту обстановку измены он нагнетал каждый день. Не могу ска­зать, что верил тому, о чем он говорил, но появилась и все время усиливалась какая-то внутренняя напряженность. Конечно, мне хотелось, как лучше, но те же советы по составу давать тренеру, конечно, было нельзя. При Семине такого никогда и не было.
Думаю, кстати, что тому же Муслину в какой-то момент не хватило решительности послать меня по известному адресу и сказать: «Слушай, не лезь в чужую работу!» И даже если бы это было приправлено парой ругательств, я воспринял бы это совершенно нормально. Кстати, с Эштрековым в этом смысле было сложнее, - он упрямый, пожестче Муслина. Хоть мы, будучи давними друзьями, и разговаривали на тему состава, решения всегда принимал он сам...
Увольнение Муслина по ходу сезона теперь считаю ошибкой: тренеру надо было хотя бы дать доработать до конца сезона. В данном случае не буду перекладывать ни на кого вину: в большей степени она лежит на мне. Мы лидировали в чемпионате, предстояла игра с «Москвой». Когда Муслин начал определять стартовый состав, вдруг всплыла кандидатура игрока, который не выходил на поле весь сезон. И вдруг в важнейшем матче тренер решил вы­ставить его на поле - причем на позиции, где тот никогда в жизни не играл.
«Москве» мы проиграли и откатились на второе место. Это была та капля, которая переполнила чашу терпения. В решении уволить Муслина, конечно, большую роль сыграли эмоции...
Когда игроки говорят, что я вызвал их после отставки Муслина и был удивлен, услышав негативную реакцию команды, они немножко лукавят. Точнее, недоговаривают. Первый раз я их вызвал примерно за месяц или чуть больше до отставки. И сказал: «Вполне возможно, что мы поменяем главного тренера». Футболисты в таких вопросах вообще достаточно инертны - вот и здесь они заняли нейтральную позицию. Не сказать, что поддержали такую идею - но и горой за Муслина не встали. А уже потом начали говорить, что отставка стала для них неожиданностью.
Как вообще возникла кандидатура Муслина? Сначала была отставка Эштрекова. Мы остались друзьями, но по­добного решения тогда требовали интересы дела. Позже он возвратился в «Локомотив» помощником Долматова, теперь, насколько знаю, нигде не работает. Были предло­жения из стран СНГ, но от них он отказывается. Может, все у него сложилось бы по-другому, если бы не тяжелая травма Сычева. В ней я по-прежнему виню судью Петтая, который в Казани позволял делать с нашим ведущим игроком все, что угодно. А потом и нас всех, и Эштрекова в частности, окончательно подкосил «Рапид». Можно сказать - убил. И «Локомотив» растерял весь тот задел, который имел. Решение поменять тренера в той ситуации было неизбежно.
После сезона мы определили список кандидатов на место главного тренера. Их было четверо - Ле Гуэн, Муслин, Долматов и Оборин. Поговорили со всеми. Главным кандидатом был Ле Гуэн, который нас здорово подвел. Он все время говорил «да», и потратили мы на него полтора месяца. Но в последний момент француз отказался, сославшись на то, что в Россию воспротивилась ехать его жена. После этого у нас уже был лимит во времени, и из оставшихся кандидатур выбрали Муслина. Изначально идея его приглашения принадлежала мне. Когда-то мы со Славо познакомились в Белграде, он запомнился мне своей кон­тактностью. Послужной список у него неплохой - хорошо работал и во Франции, и в родной Сербии. Понравились мне и его упражнения во время предсезонной подготовки - ни у кого таких не видел.
Нельзя сказать, что Муслин с самого начала работал в накаленной обстановке. После неудачного старта, перед игрой с ЦСКА, нас всех, в том числе и его, вызвал к себе Якунин. Встреча получилась нормальной, никакого разноса не было - наоборот, президент РЖД дал ему карт-бланш, выразил доверие. Результаты беседы оказались для Муслина очень хорошими, и после нее команда начала выигрывать.
Тем не менее проколов у него тоже хватало. В частности, с Якуповичем. Как можно поставить на матч вратаря, который только вчера приехал в страну? К тому же иностранца - ему же еще надо научиться с защитниками общаться! Будь он звездой европейского футбола - тогда бы я со-гласился. Но нетаэто была фигура, чтобы идти на такой риск.
Очень переживал я за Селсиныо. И все ребята видели, что парень талантлив, и мы хотели, чтобы он играл. В первом же матче, когда бразилец вышел на поле, он забил победный гол. Но по непонятным мне причинам Муслин посадил его на лавку и фактически загубил. Дай бог, чтобы в «Спортинге» у него заладилось.
Кстати, и приглашение Зуаги, на мой взгляд, не было ошибкой. Я считал тогда, что Гуренко в плане организа­ции игры ограничивает возможности команды. Своей игрой Сергей доказал, что это не так. Тем не менее в Зуаги по-прежнему верю. Не случайно же он стал ведущим игроком своей сборной в 20 лет! Мне кажется, при Рахимове он будет играть.
Хотел бы встать на защиту Биджиева, которого Липа­тов обвинил в некачественной селекции. Сергей Владимирович прекрасно знает, что Хасан не делал ничего без нашего ведома - и в решении о покупке каждого игрока принимали участие как сам Липатов, так и я. Только к покупке Ивановича председатель совета директоров не имел никакого отношения.
Если же возвращаться к Муслину, то поражение от «Зюлте-Варегема» тоже, конечно, сыграло свою роль в его судьбе. После той неудачи в Европе куда-то пропали эмоции, без которых в футболе - никуда. Это было большое разочарование. А поражение от «Москвы» в сложившихся обстоятельствах стало для принятия того решения последней каплей. Решения поспешного - что теперь скрывать...
Жалею сейчас и о том, что, если не ошибаюсь, в 2004 году мы не продали Измайлова в «Арсенал». В Лондоне встреча­лись с Арсеном Венгером, он предложил за Марата 6 миллионов долларов. Цены на игроков в тот момент были достаточно высокие, и мы настаивали на 10-12 миллионах. Венгер сказал «нет». А через четыре месяца рынок упал, и цена в 6 миллионов по европейским меркам казалась уже хорошей. Но главное заключалось в другом. Я пришел к окончательному выводу, что когда на нашего футболиста претендует европейский топ-клуб, и игрок об этом знает - его надо обязательно продавать. Потому что если сделка срывается, у человека сразу же опускаются руки, пропадает мотивация. Что в случае с Измайловым и произошло.



Кандидатура Бышовца обсуждалась в клубе не один день. Я был категорически против. Открыто высказывал свою точку зрения: это не тот тренер, который должен быть в «Локомотиве». Логика проста. Человек двенадцать лет толком не работал - и это не могло быть просто так. На­верняка же не одни мы рассматривали его кандидатуру, но по каким-то весомым причинам все от него отказывались - несмотря на дефицит тренеров. Почему тогда он должен всплыть именно у нас?
В жизни бывают случаи, когда игроки по каким-то об­стоятельствам восстают против тренера. Но, если это происходит, они приходят и ставят ультиматум руководству -убрать его. Но чтобы футболисты специально ради этого проигрывали - не верю. Да, в силу своего психологического состояния они могли играть не с полной отдачей. Но не могу себе представить, чтобы это происходило умышленно. И тот факт, что после выигрыша Кубка команда не стала Бышовца качать, наверное, показал отношение игроков к тренеру.
Что касается отчисления Лоськова и Евсеева, то больше всего меня возмутила форма, в которой это произошло. В конце концов, не случилось бы это в прошлом году -могло бы случиться через год, два, три. Это жизнь. Но если уж приняли такое решение, клуб обязан был со всеми почестями проводить из команды футболистов, которые столько сделали для «Локомотива». Устроить прощальный матч или что-то в этом роде. Словом, достойно отблагодарить их за десять лет, отданных клубу.
Акценты же оказались расставлены так, будто эти иг­роки сделали что-то плохое. И дело тут не только в Бышовце - хотя когда тренер, который не проработал в ко­манде и года, убирает футболистов, отдавших ей десяти­летие, это тоже вызывает недоумение. Но облечь расставание в достойную и красивую форму было прямой обязанностью клуба. С которой он не справился.
Не скрою, было приятно, когда уже после моей отставки Дима Лоськов предложил мне стать его крестным. И если раньше я уделял ему много внимания в первую очередь в силу своей работы, то теперь несу еще большую ответственность за его судьбу.



Как мы относились к нашим болельщикам! Целое по­коление ребят, которое хотело определиться с симпатия­ми, сделали своим - и не только благодаря стадиону. Очень большую работу в этом плане провел Давид (Шагинян. -Прим. И. Р.). Я в его работу не влезал, все делалось тихо, спокойно и очень грамотно. И в коммерческом отделе, и в клубе болельщиков собрались толковые ребята, которые действительно болели за дело. Не было какого-то формального разграничения обязанностей, все брались за то, что было нужно в данный момент. Результат был очевиден всем. Теперь всех этих ребят разогнали...
А как можно поменять всех тренеров в детской школе, привезти каких-то непонятных людей из Риги, из Питера?! Работали же наши ребята, благодаря которым дети могли узнавать историю клуба, становиться его патриотами!
Приятно вспомнить времена, когда нас курировал Ни­колай Аксененко. Первые два года, когда он возглавил МПС (с 1997 по 1999 годы. - Прим. И. Р.), контакта у нас не было никакого. Существовал определенный бюджет, мы жили в его рамках, другие деньги старались заработать сами. Теперь очевидно, что Аксененко в тот период присматривался, вел сбор информации про меня, про Семина, про клуб. Чем занимаемся, как себя ведем, что представляем собой как люди. И в какой-то момент он принял для себя решение: с ними можно работать. После чего за два года для команды было сделано столько, сколько никто и ни для кого не делал. Взять хотя бы строительство стадиона и базы. Аксененко понимал, что такое «Локомотив» и без чего команды не может быть. Моим делом было объяснить, зачем команде нужно то-то и то-то - и вопросы решались без проволочек. Мы первыми из московских клубов открыли интернат, привлекли туда учителей по разным предметам из лучших школ Москвы.
Единственный раз в прошлом сезоне я приехал в Чер­кизово на матч Лиги чемпионов ЦСКА - ПСВ. Как встре­тили? Да никак. Тихонечко вошел, никто и не заметил.
Сказать, что в те минуты все внутри переворачивалось, было бы преувеличением. Никогда не любил всех этих красивостей. Все уже улеглось. Жизнь идет вперед.
... А у Рахимова, если он сам будет принимать все ре­шения, должно получиться. Хорошо его знаю еще с тех времен, когда он играл за «Локомотив». Мы рассматривали вариант, чтобы Рашид пошел вторым тренером к Муслину. Но Славо не захотел, а вскоре Рахимов принял «Ам-кар». Хорошо к нему отношусь, считаю серьезным тренером и желаю успехов. С таким составом эти успехи должны к нему прийти.
А временщики в «Локомотиве» год-два поработают, после чего их все равно выгонят.
Я провел в «Локомотиве» хорошее, интересное время. Но работать было очень тяжело. И тогда, и сейчас слишком многое решается за кулисами. А теперь еще и с помощью голых денег, по моим представлениям - несуразных. Это не по мне. Поэтому все слухи, в том числе и о том, что я возглавлю РФПЛ, были не более чем слухами.
По моему мнению, создать в России суперклуб, который претендовал бы на стабильное лидерство в Европе, практически невозможно. А людям, готовым потратить на такую цель 100-120 миллионов долларов, легче этого до­биться, вложив деньги в какой-нибудь клуб Италии, Фран­ции, Испании. Бюджеты клубов уровня «Локомотива» в этих странах составляют 30-40 миллионов евро.
Что же касается моего возможного возвращения в рос­сийский футбол, то если бы возник проект, который можно было начать с нуля, - с удовольствием бы за него взялся. А осваивать 100-миллионный бюджет много ума не надо. Мне это неинтересно.


У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 18:37

Анатолий БЫШОВЕЦ:
«В БЕРЛОГЕ БЫЛИ НЕ ДВА МЕДВЕДЯ, А МЕДВЕДЬ И СКУНС»




Бывший главный тренер «Локомотива» долго размыш­лял, прежде чем согласиться на эту беседу. Ближе к концу декабря, когда я предпринял первую попытку, раны, видимо, еще были слишком свежи. «Пока - нет. Может, поговорим попозже».
«Попозже» настало спустя полтора месяца. На повтор­ный звонок Бышовец отреагировал, как показалось, не без доли удивления: «Вам еще нужна эта книга? Вам еще нужны проблемы?» И тут же разразился длительным, часовым, монологом «не для печати», во время которого меня со­вершенно потряс один пассаж. С разрешения Анатолия Федоровича публикую его: «Я сейчас нахожусь в том же состоянии, что и наш великий гроссмейстер Михаил Мо­исеевич Ботвинник, который однажды сказал: "Ни одного человека, который имел отношение к шахматам, на моих похоронах быть не должно. Эти люди прощают все, кроме побед "».
Тренер, который осмеливается до такой степени бросить вызов всей окружающей его футбольной среде, не просто может, а должен быть услышан. И три дня спустя, 12 февраля, мы более двух часов общались с ним в отдельном кабинете уютного ресторанчика на Третьяковской.
Выводы о его во многом шокирующих откровениях пусть делают сами читатели. Но то, что Бышовец - лич­ность, без которой палитра российского футбола стала бы гораздо более пресной и унылой, по-моему, бесспорно. Даже язык его не похож ни на чей другой - и не только потому, что пересыпан цитатами из классиков. А потому что это скорее язык философа, актера, литератора, чем человека из футбольного мира. Недаром к Бышовцу всегда тянулась богема, и он к ней - тоже.
Адекватно передать такой язык на бумаге - крайне непростая журналистская задача, за которую я сейчас берусь не без доли профессионального трепета.
Бышовец - другой. Одни назовут его белой вороной, другие - черным вороном. Но главное - его невозможно не заметить, к нему нельзя относиться равнодушно.



- Недавно я читал интервью художественного руково­дителя Театра на Таганке Юрия Любимова, посвященное юбилею Владимира Высоцкого, - начал свой рассказ Бы­шовец. - Его спросили, как относились к Высоцкому в ак­терской среде, любили его или нет. Любимов ответил: «Вы знаете, с какой ревностью относятся к тем, кто выделяется». То же самое - и в спорте. Однажды Александр Яковлевич Гомельский сказал мне: «Я слышал и читал твои интервью. Это интервью умного человека. Поэтому тебе очень трудно будет работать в России».
Часто вспоминал эти слова, столкнувшись в прошлом году с беспрецедентной травлей. Нет, количество врагов не стало для меня откровением. Если ты не хочешь иметь врагов, нужно отказаться от убеждений. А для меня не существует победы, которую можно украсть, добыть ее, проникнув куда-то ночью через форточку. Таких побед нет.
Подобного отношения не прощают. И настоящих по­бед не прощают тоже. После того, как мы выиграли Олимпиаду, имея в соперниках по финалу Ромарио, Бебето и Таффарела, вдруг стали говорить, что я победил в Сеуле не выдающихся игроков, а парикмахеров. Быть собой -очень сложный путь. И когда Колосков утверждает, что Бышовец - гонористый, высокомерный тренер, я ничуть не обижаюсь и объясняю: прилагательное «гонористый» происходит от английского слова «honour», то есть честь. А «высокомерный» - от словосочетания «высокая мера». И, естественно, находятся десятки посредственностей, которые сами дотянуться до этой планки не могут, и, следовательно, хотят такого человека опустить гораздо ниже ее. Недаром, когда мы победили в Кубке России, один бывший чиновник РФС в VIP-ложе сказал: «Ну что, выпустили джинна из бутылки? Он еще и золото выиграет!» Мне уже тогда стало ясно, что в этом клубе я обречен.
Самая большая проблема, как давно еще подметил великий Товстоногов - от объединения посредственностей. Это же не только в футболе происходит! И в театре, и в политике - вспомните первые Съезды народных депутатов, где академику Сахарову из зала затыкали рот дружными криками: «Долой!» Из века в век, из года в год идет борьба против личностей, которые выделяются из общей массы. Рядом с победителями всегда соседствуют посредственности, и зависть к победителям заставляет их сливаться в единое целое. Потому что чужой успех пережить невозможно. Тем более когда этот успех добыт кем-то из своих соотечественников.
Недавно я прочитал книгу нашей выдающейся бале­рины Екатерины Максимовой о том, как из Большого те­атра выдавливали ее, Майю Плисецкую и Владимира Ва­сильева. Схема, по которой это происходило, очень напомнила мне локомотивскую. Большую роль в ней играли так называемые «клакеры» - организованная группа поклонников. Заинтересованный в ее поддержке артист покупает за свои деньги цветы, которые эти люди должны после спектакля ему вручить. Ему они кричат: «Браво!», а других третируют... Так постепенно и создается обстановка, цель которой - выбить человека из колеи.
Та фраза Михаила Моисеевича Ботвинника, которую я вам привел в телефонном разговоре, наверное, в моем случае будет, наверное, чересчур жесткой. Есть все же много людей в футболе, к которым я отношусь с большой симпа­тией, и это взаимно. Хотя, к сожалению, их становится все меньше. Я знаком со многими чемпионами мира по шах­матам - Спасским, Карповым, Каспаровым, - и не понас­лышке знаю о нашей «мельнице» со всеми ее специфичес­кими ничьими, через которую мог проскочить только такой гений, как Фишер. Ботвинник был тем человеком, который в эти игры не играл. Я по уровню, наверное, не Ботвинник, но и о себе могу сказать то же самое: ни в каких подковерных играх я участия никогда не принимал. Поэтому в минувшем сезоне перед нашими решающими матчами со «Спартаком» и «Зенитом», которые могли предрешить исход чемпионской гонки в пользу этих клубов, никто не сделал даже попыток подойти ко мне с какими-то предложениями.
Это одна из причин, почему меня многие не любят. Со мной невозможно договориться. И я знаю, что в тяжелей­шем для меня прошлом сезоне выдержал испытание на порядочность и достоинство. Недаром Липатов сказал вам же в интервью после финала Кубка: «Бышовец - великий тренер, но сложный человек».
Я не иду на компромиссы. Есть группа тренеров, которой невыгодно мое присутствие в российском футболе. Потому что сразу возникает противостояние, связанное с отношением к игре, с принципиально разными средствами достижения результата. И когда несколько лет назад Семин занял четвертое место и сказал: «Мы не стали чемпионами, потому что играли честно», у меня сразу возник вопрос: «Значит, когда вы стали чемпионами, то играли нечестно?»
Хочу подчеркнуть, что у меня нет негативного отно­шения ни к Семину, ни к кому-то другому. И мстить никому не собираюсь. Еще в Библии сказано: мщение - это забвение. А то, что обо мне говорилось и писалось отдельными игроками и журналистами, никак не повлияло на мою репутацию в глазах настоящих болельщиков и профессио­налов.
Я абсолютно независимый человек - и материально, и духовно. Единственное, что меня может ограничивать, -это только те заповеди и законы, которые могут только воз­вышать личность. Религия, к которой я приобщал и игроков. Нет, не тем, что водил в церковь - это не культмассовое мероприятие, каждый должен прийти к этому сам. Вот в Ватикан я игроков могу повести, потому что они должны видеть и знать сокровища мировой культуры. И организовать сбор 200-300 рублей с премиальных каждого игрока и тренера для необеспеченных детей футбольных школ «Смена» и «Зенит», как это было в пору моего руководства «Зенитом», тоже могу...



Самое интересное, что в попытках меня оклеветать и дискредитировать некоторые люди не могут успокоиться до сих пор, хотя в «Локомотиве» меня нет уже три месяца. Зачем это делается - прекрасно понимаю. Группой людей ставится задача выжить меня из футбола как явление. Они страшно боятся, что я еще приму команду. Это уже было -и в 92-м, и в 94-м, и в 98-м.
Им не нужен человек, который не знаком и принципи­ально не хочет быть знаком с отдельными агентами, которые влияют на результаты. Им не нужен человек, который видит свою цель в том, чтобы решать спортивные, а не экономические задачи, в том, чтобы воспитывать победи­телей, а не стяжателей.
А еще - чтобы поднимать культурный уровень игроков. В «Зените» я купил на базу библиотеку, в «Шахтере» пригласил преподавателя по английскому языку. Всегда придерживался убеждения: если не раскроешь личность игрока, то никогда не сможешь добиться большого результата. Культура расширяет духовные, нравственные качества, а я не сомневаюсь, что нравственность выше арифметики. В том числе и в футболе. Но в футболе российском, который я за минувший год узнал гораздо лучше, это не в цене.
И когда я читаю высказывание Сычева о том, что «мы начали подзабывать Сократа», то мне уже приятно, что человек называет это имя. Я учил этих ребят всему лучшему, что дало нам человечество, культуре, которая позволит им стать личностями. И вот этой молодежи - Сычеву, Би-лялетдинову и другим - я очень благодарен. Знаю, что время со мной не прошло для них даром, и вижу, что за ними -будущее.
К сожалению, сегодняшняя ситуация в футболе тако­ва, что игроки не принадлежат себе. Они принадлежат агентам и конъюнктуре, делают то, что им говорят сверху, - и мне их откровенно жаль. Но многие из них сохранили достоинство и совесть. Это и перечисленная мною молодежь, к которой могу добавить Асатиани, Ефимова и Самедова, а также иностранцы - Иванович, Родолфо, Одемвингие. Всем им я очень признателен. Мне не удалось попрощаться с ребятами, но я им благодарен за совместный труд. Но мы нередко показывали по-настоящему хорошую игру и выиграли Кубок.
Что касается поведения Одемвингие в конфликте с Ринатом Билялетдиновым, то это - издержки сезона. И отсутствие понимания между игроком и исполняющим обязанности главного тренера.
Во многом благодаря Родолфо мы выиграли Кубок. Он проявил много мужества, чтобы выйти на уколах и сыграть тот матч. Вообще, категорически не согласен с теми, кто называет прошлый сезон провальным. Не было провала! Напротив, у меня есть чувство творческого удовлетворения. Такое же, какое сейчас испытывает главный тренер «Тоттенхэма» Хуанде Рамос, чья команда недавно выиграла Кубок английской лиги. В чемпионате Англии клуб занимает далеко не лидирующие позиции, но об испанском специалисте все говорят, что он спас команду от провала. Так чем отличается от этого наша победа в Кубке России?
Что же касается чемпионата страны, то на меня и на команду организовали давление, которое можно назвать просто криминальным. Создавался такой психологический фон, при котором человек не может нормально, спокойно работать. Через такое испытание, поверьте, мало кому довелось пройти.
Сколько довелось слышать чепухи, что команда была не готова физически! Мы трижды сдавали кровь в лаборатории Дурманова - и получили исключительные результаты. Мы проходили тестирование с анализами крови в главной лаборатории РФС - и его итоги были лучше, чем у всех остальных московских команд. В сборной Билялет-динов с Сычевым всегда были по результатам тестов одними из лучших. Но кому-то нужно было придумать проблему - и она была придумана.
Враги у меня есть, чего я абсолютно не боюсь, потому что кто не имеет врагов - тот не является личностью. Но все это компенсируется друзьями. Не количеством даже, а качеством. Есть люди, чей авторитет, чья честность и порядочность для меня всегда были главным критерием оценки собственных действий. Такие, как мэр Москвы Лужков, как безвременно ушедшие от нас Кирилл Лавров и Александр Абдулов - светлая им память. С Александром Гавриловичем, правда, мы не были большими друзьями, но всегда вспоминаю наше общение, когда он восстанавливал храм около театра «Ленком», и московское «Динамо», которым я тогда руководил, принимало в этом процессе участие. Это удивительные люди. На них я и ориентируюсь.
Среди людей, с которыми у меня прекрасные отноше­ния, назову еще вице-премьера правительства России На­рышкина, великих актеров Табакова и Боярского, руково­дителей нашего спорта Фетисова и Тягачева, президента РФС Мутко, легендарных хоккейных тренеров Тихонова и Юрзинова, футбольных тренеров Черчесова, Колыванова, Добровольского, Кобелева, Красножана, Добровольского, футболистов Березовского, Тихонова, журналистов Кучеренко, Сегеневича и многих других. И, конечно, большую армию настоящих болельщиков, чье отношение ко мне не имеет ничего общего с той управляемой группой «клаке­ров», о которых я уже говорил.



Когда на протяжении прошлого сезона я читал клевет­нические высказывания о себе, всегда вспоминал Лужко­ва. Два дня назад сказал ему: «Юрий Михайлович, я пере­жил не одного Доренко, а пятерых. Но выжил потому, что у меня был пример Лужкова». Все было рассчитано на то, чтобы вывести меня из нормального состояния, вогнать в стресс, а значит - нарушить атмосферу в команде. Мне устроили 37-й год. То, что писалось в прессе и говорилось по телевидению, иначе как доносами, ежовщиной, назвать не могу. Правильно по этому поводу заметил Геббельс: «Чем чудовищнее ложь, тем легче в нее поверить».
Так же в свое время доносили и на Сократа. Вы спро­сите: почему я не подал на доносчиков в суд. Обратимся к тому же Сократу. Когда его кто-то обидел - то ли толкнул, то ли ударил, и у него поинтересовались, почему он не подает в суд, Сократ ответил: «Ну хорошо, если бы вас лягнул осел, вы подали бы на него в суд?» Я придерживаюсь той же логики.
В прошлом году я сказал, что если бы хоть один слух, который обо мне распространялся, соответствовал действительности, я давно бы находился в местах не столь отдаленных. И это так. Если вы не в курсе, в «Локомотиве» было проведено жесточайшее расследование всех этих кривотолков о поборах, которые я якобы требовал с игроков. Потому я и говорил о «маниакальной щепетильности наших руководителей».
Липатов и Красновский говорили с каждым из наших игроков по отдельности, провели общее собрание. И если после всего этого я продолжил работать - значит, я был стерильно чист! При этом заметьте: ни президент клуба, ни кто-либо из клубных руководителей так публично и не обозначил свою позицию по этому поводу. Нигде! Разве после этого мне не могла прийти в голову мысль, что задача выбить меня из колеи ставилась журналистам и комментаторам извне?
Вы задайтесь одним вопросом - даже элементарно ло­гически, не принимая в расчет мою порядочность. Тренер шесть лет в России, по сути, нигде не работал. Практически никто не верил, что при отношении, которое к нему сложилось, он способен работать в России. И тут - такое заманчивое предложение, которого я так долго ждал. Прекрасный бюджет, руководители, которые готовы работать на хороший результат. Можно себе представить, чтобы обеспеченный человек в новой для себя команде, по сути, никого не зная, пустился во все тяжкие?



Против меня была развернута спланированная кампа­ния. Ее вела организованная группа фанатов, за которыми стоял функционально отвечавший за это движение президент клуба Семин. Сами руководители группировок, получая приз за лучший баннер в «Советском спорте», сказали, что контактировали только с Юрием Павловичем. Из той же серии - выступления бывших футболистов и даже действущих работников «Локомотива» - Овчинникова, Евсеева, Лоськова. Эти люди, находившиеся в постоянном контакте с игроками, нарушали единство в команде и ту атмосферу, которая могла привести к нашей победе в чемпионате. Они не принимали без Семина ни одного решения, не давали без согласования с ним ни единого интервью. После нашей победы в Кубке России они увидели: построена команда, которая должна выиграть чемпионат. А этого нельзя было допустить ни в коем случае.
Кстати, в том, что после победы в финале Кубка игроки меня не качали, не вижу никакой трагедии. Была усталость, мы играли в жару, на искусственном покрытии, с дополнительным временем. Сил на то, чтобы поднять в воздух тренера, у игроков быть объективно не могло. Куда хуже, что именно в те минуты мне пришла в голову грустная мысль: «Этой победы многие не переживут». Она оказалась пророческой.
Как можно было не наказать Овчинникова за его вы­сказывания?! В «Баварии» Оливер Кан, человек с вроде бы непререкаемым авторитетом, публично раскритиковал своих партнеров Рибери и Тони, после чего был оштрафован руководством клуба на 25 тысяч евро. В «Локомотиве» же не было сделано ничего.
Почему я не встречался с болельщиками, не объяснял им свою позицию, не пытался обратить в свою веру? Это бесполезно. Там все фигуры уже были расставлены. У каж­дого была своя режиссура, партитура. Еще до начала сезона существовал канонизированный святой, который при любых обстоятельствах должен был прославляться. А про Бышовца на матче с «Амкаром», который состоялся меньше чем через месяц после победы в Кубке, повесили бан-нер: «Бышовец, уходи! Это не твоя команда!» И вместо того, чтобы, как в Англии, петь песни и поддерживать свою команду, скандировали требования о моей отставке. Секрет успеха английской премьер-лиги - поддержка трибун, которая является огромным вдохновляющим зарядом для футболистов. А мы, особенно в последних матчах, стал­кивались с тотальной обструкцией, которая очень влияла на игроков.
Это была истерия. Но истерия тщательно продуманная. Это, кстати, проблема не только «Локомотива»: мы отдали 14—15-летних мальчишек, болельщиков, на откуп негодяям, использующим их как политическое оружие в борьбе со своими врагами! Даже не противниками и не соперниками, а врагами! И так мы воспитываем целое поколение!
Когда я слышу расхожую фразу о Бышовце и Семине как о «двух медведях в одной берлоге», мне хочется возразить. Не было двух медведей. В берлоге оказались медведь и скунс. Та грязь, которая исходила от людей, которыми должен был управлять президент клуба, заинтересованный в наилучших результатах любимой команды - это была грязь не медвежат, а скунсят. За результат «Локомо­тива» в сезоне-2007 должны нести ответственность те люди, которые своими намеренными действиями разрушили чистоту отношений в команде. А также те, кто своим молчаливым согласием делал себя соучастниками происходившего.
Разве вам мало того, что заявил Евсеев в интервью «Спорт-Экспрессу»? По его же словам, когда я сказал ему, что он не вписывается в состав команды, президент клуба предложил ему пару месяцев «переждать в дубле». Спра­шивается - чего переждать?!
Когда я сказал, что «нет предела человеческой мерзос­ти», то обращался к тем, кто декларует, что они патриоты и болельщики клуба.
Сначала о патриотах. Для меня патриот - это Стойко-вич, который играет за «Марсель», встречается в финале Кубка чемпионов со своим родным клубом «Црвена звезда» и отказывается бить в его ворота пенальти в серии пос-лематчевых 11-метровых, после чего «Марсель» проигры­вает. А не Лоськов, который в матче «Локомотив» - «Са­турн» с удовольствием забивает пенальти в ворота родной команды. И не Овчинников, по первому зову уходящий из «Локомотива» в «Динамо» - для меня он тоже не патриот. И не Евсеев, открыто заявивший, что ему все равно куда идти - лишь бы заплатили побольше.
А так называемые болельщики?! Я еще нигде не видел, чтобы настоящие болельщики приветствовали мячи, забитые в ворота любимой команды. Такая обструкция, которую устроили нам перед домашним матчем с «Сатур­ном», не снилась ни «Спартаку», ни какой-либо другой команде.
Я еще нигде не видел, чтобы руководители клуба и ру­ководители фанатского движения радовались поражениям. Все это была организованная акция, и за этой акцией стояли люди, которые хотели вернуть «Локомотив» в прошлое, а не повести в будущее. Это я и имел в виду, сказав на пресс-конференции после заключительного матча с «Кубанью»: «Вы это хотели, и вы это получили». Они хотели отрица­тельного результата. Но получили у руля, как выяснилось, совершенно другого человека, чем тот, на которого они рассчитывали.
Многие, слишком многие хотели видеть Семина главным тренером «Локомотива», да и сам он в конце сезона предпринимал все, чтобы вернуться на пост главного тренера после моей отставки. Все прекрасно знают, без кого многими в этом клубе не принималось ни одного самостоятельного решения, - вице-президентом, начальником команды, администратором, и так далее вплоть до поваров и уборщиц.



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Аватара пользователя
Papa
Moderator
Moderator
Сообщения: 4421
Зарегистрирован: Ср сен 01, 2004 00:46
Откуда: Nazareth

Сообщение Papa » Ср июл 23, 2008 18:50


Конечно, понимаю: значительная часть игроков обязана людям, которые руководили «Локомотивом» 15 лет. И благодарна им, в том числе и по-хорошему. Практика уп­равления клубом за это время сделала целый ряд футболи­стов зависимыми также и от агентов, «повязанных» с этими людьми. Но неизбежно наступает время, когда надо уходить. Как бы они ни жаждали продлить свою карьеру в клубе, какими бы провокациями для этого ни пользовались, им все равно пришлось уйти.
Хочется задать один вопрос. Семин долгое время был единственным претендентом на пост главного тренера -ни первой, ни второй, ни десятой кандидатуры после него не было. У Семина исключительные отношения с Якуниным и всеми вице-президентами РЖД. Что нужно было при всех этих раскладах сделать, чтобы тебя убрали из президентов, не сделали главным тренером, вывели из совета директоров и уволили из клуба? Что?!
Когда Якунин, собрав нас после сезона, сказал, что я не выполнил обязательства по результатам чемпионата России, я ответил, что в таких условиях выполнить их было невозможно. Но готов принять на себя ответственность за их невыполнение - и ухожу. Одновременно уволили и Семина, что, уверен, не было бы сделано никогда, если бы на руках у руководителей не имелось четких свидетельств той партизанской войны, которую он против меня вел.
Футбольная жизнь жестока, у нас конкурентный вид спорта. Здесь не должно быть «священных коров», нужно быть просто выше, сильнее и умнее, чем твой конкурент. А когда ты ниже и слабее, это становится толчком для со­здания определенных интриг в прессе и среди болельщи­ков.
Это все и есть самая большая проблема нашего футбола, о чем я и говорил после матча с «Сатурном».
Все то, о чем я сейчас рассуждаю, не имеет ничего об­щего со сведением счетов. Я живу по библейским запове­дям, а, согласно им, месть - это грех.
Речь - о явлении, о круговой поруке. Она объединяет часть тренеров, агентов, судей, журналистов, комментаторов, организованных фанатов, игроков на тотализаторе, околофутбольных личностей, иных специалистов из-за рубежа, которых приводят к управлению нашими коман­дами с определенными целями... Когда ты со всей этой группой никак не связан и вдруг оказываешься тренером какого-то клуба - тебя оттуда вытравливают, не стесняясь в методах. Потому что ты можешь повлиять на предсказу­емость результатов, а для них это недопустимо.
Что же касается «чужого монастыря», в который-де нельзя входить со своим уставом... Но сначала нужно оп­ределиться, что такое монастырь. Я был бы счастлив не идти туда со своим уставом.



Когда я принял команду, в моем распоряжении оказался подготовленный прежними тренерами список игроков для выставления на трансфер. С учетом возраста и болезней там были практически все ветераны, за исключением Лоськова: и Евсеев, и Маминов, и Гуренко, и Поляков, и Пашинин. Я мог легко отдать этот список руководству и утвердить его. Но Семин уговорил меня взять этих людей на сборы, что и явилось предтечей крылатой фразы о том, что «здесь есть два чемпионских состава».
Когда мне говорили, что я еще не знаю игроков и не должен делать скороспелых выводов, это было неправдой. В 2006 году я был практически на всех матчах «Локомотива», отслеживал уровень каждого игрока, соблюдение ими игровой дисциплины, желтые и красные карточки, которые они получали. И, конечно, здоровье.
Как можно сетовать, что я не ставил того же Пашини-на, когда он постоянно болел, а в какой-то момент у него часть тела оказалась парализованной? Чтобы ставить мне в упрек, что я предпочитал Пашинину молодого Ефимова, нужно знать информацию изнутри. И Володя Маминов, и Дима Сенников практически не играли, потому что были больны. Но на основании этого создавалась интрига, что я свожу счеты с ветеранами и не учитываю их заслуги.
Придумали даже историю про Маминова, что я не ставил его в состав, потому что услышал, как он по телефону говорил что-то о моих тренировках. Не надо представлять болельщиков идиотами. Ну кто в это может поверить? Или во фразу, которую я якобы адресовал Сычеву: «Ты не мог забить или не хотел?» Тем, как работал Сычев, равно как и Билялетдинов, я был очень доволен. И никогда не опускался до подозрений, хотя в прошлом году меня провоцировали на это довольно часто.
Или наплели о какой-то там финансовой интриге во­круг защитника сборной Финляндии Каллио, которого мы действительно очень хотели приобрести. Сейчас, кстати, он играет в клубе английской премьер-лиги «Фулхэм». Когда еще не выздоровел мужественный парень Асатиа­ни, после операции был Родолфу и болел Пашинин, Кал­лио нам очень бы пригодился. А по какой причине его не взяли? Мне говорили о том, что мы приобретем игрока более высокого уровня, но мы его так и не получили. За этим стояли те, кто защищал интересы «двух чемпионских составов».
Меня обвиняли даже в том, что я создавал для игроков хорошие материальные условия. Хотел бы увидеть тех, кто сегодня от них бы отказался. Тем самым я проявлял заботу об игроках, что является моей главной задачей. Почему мне это ставят в вину - ума не приложу!



То, что будет твориться вокруг, было понятно мне еще с первого дня. Почему тогда согласился прийти? Во-первых, слишком долго я ждал такой прекрасной возможности для работы. А во-вторых, были договоренности «на берегу», которые исключали всякую интригу.
Хочу развеять слухи, что меня якобы назначил вице-президент ОАО «РЖД» Вадим Морозов. Да, дружеские отношения с Морозовым у нас установились еще с Пите­ра. Будучи главным тренером «Зенита», я нередко просматривал матчи «Локомотива», куратором которого являлся Морозов, возглавлявший тогда Октябрьскую железную дорогу. Нас сближали человеческие качества и футбол.
Но в «Локомотиве» все ключевые решения принима­лись и принимаются только Якуниным. К которому, кста­ти, я ни разу за весь сезон не ходил - вопреки тому, что сказал недавно по телевидению Колосков.
Встречались мы с Якуниным только однажды, в декабре 2006-го, перед моим назначением. Он спросил, смогу ли я работать с тем-то и тем-то. Я ответил: «Если каждый будет заниматься своим делом, ничего против не имею». Все! Больше мы не виделись ни разу! Я не могу посетовать на то, что у меня не было прямого доступа к Владимиру Ивановичу, но не считал для себя возможным ходить и жаловаться. Мимолетно встречались только на стадионе, в раздевалке. Однажды он даже спросил меня: «Почему не заходишь?» Я ответил: «Надо пригласить».
Если же я и обращался к Липатову, или опосредован­но - к Якунину, то только потому, что не решались некоторые важные организационные вопросы. В частности, лишь мое обращение к Якунину ранней весной позволило получить нормальные условия для тренировочного процесса. Перед матчами на Кубок нам элементарно негде было тренироваться, и в клуб поступило прямое указание сделать поля пригодными для работы.
Первые переговоры с «Локомотивом» начались на старте сезона 2006 года. Команда проигрывала матч за матчем, и тогда на играх возникли контакты с руководителями клуба. Та катастрофическая ситуация создавала для них предпосылки. Тогда мы и познакомились с Липатовым. Что касается Филатова, то с ним мы не общались. Надо отдать ему должное: он всегда был последователен и принципиален в нежелании со мной работать. И это нормально, ведь в Библии написано: «Да будет твое слово "да" - "да", "нет" - "нет". А остальное - от лукавого». Знаю одно: для Филатова «Локомотив» и результаты команды были превыше всего.
Конечно, я с самого начала не скрывал, что мне было бы интересно поработать в «Локомотиве». Но меня смешат разговоры, что на свой юбилей я пригласил Лоськова для того, чтобы подготовить почву. Изначально приглашались и Титов, и Семак - словом, капитаны почти всех московских клубов. Даже португалец Дании, который играл у меня в «Маритиму». Другое дело, что прийти смогли не все. А для чего, спрашивается, я приглашал на юбилей Мостового? В какой клуб я мог прийти с его помощью?
Что касается Лоськова, то анализ его игры в прошлом сезоне, желание Дмитрия получить хороший контракт, а впоследствии его интервью - все это говорит о том, что решение по нему было правильным. И хотя говорят, что каждый человек выбирает свою судьбу сам, мне кажется, что многое за него решали другие. Он изначально находился в оппозиции ко мне.
Люди, которые работали в сборных и в клубах до меня, создали проблему, решение которой на сегодня является едва ли не самым трудным для того, чтобы мы обрели себя как футбольная страна. Главными у нас стали не тренеры, а игроки, не режиссеры, а актеры. Такого не может и не должно быть. Не представляю себе успех БДТ без Товстоногова или МХАТа без Табакова, «Современника» без Ефремова и Большого театра без Покровского. То же и в футболе, потому что мы - такие же режиссеры. Что такое «Арсенал» без Венгера, «МЮ» без Ферпосона?
Но игроки принялись выбирать учителей по своей прихоти. И такая зависимость порождает неуправляемость.



А в том контакте, который весной 2006-го возник у нас на стадионе с Липатовым, не нужно видеть ничего предосудительного. Так всегда бывает, когда что-то не ладится, а ты находишься в кругу людей и обмениваешься мнениями о происходящем. Но я высказывался крайне сдержанно. Это не имело ничего общего с тем, что происходило в VIP-ложе «Локомотива», когда командой руководил я.
Реакция на все мои действия со стороны некоторых людей носила заведомо негативный характер. Бывшего вратаря и тогдашнего работника клуба Овчинникова спрашивали, чем он в «Локомотиве» занимается. Он открыто отвечал: «Да одного тренера снимаем и никак снять не можем!» И это говорилось моим друзьям и руководителям достаточно серьезного уровня! Я уже не говорю о функционерах клуба, которые позволяли себе в совсем не джентльменской форме комментировать то, что происходит на поле, в частности действия тренера.
Несколько слов о Липатове. В футбол пришли руково­дители, которые живут по законам бизнеса. По этим зако­нам они производят и продают автомобили, дома, телекоммуникации. Но это не имеет ничего общего с футболом! Потому что футбол - это зрелище и творчество. Добившись результатов в иных сферах деятельности, эти руководители непроизвольно переносят законы бизнеса на живых людей, которые творят футбол. А они, эти люди, все разные! Это не кирпичи, где один можно выбросить и вместо него взять другой! У них разный возраст, менталитет, цвет кожи. Нужно время и терпение, чтобы привести их к общему знаменателю. И прав Иванович, который в интервью говорил: «Как можно требовать максимального результата за такой короткий срок, когда создается новая команда? Надо дать тренеру время!»
Каждый из нынешних руководителей понимает, как управлять командой, играть в обороне, строить атакующие действия. Они разбираются во всем. Но, перефразируя Конфуция на футбольный лад, образцовым государством следует считать то, где президент есть президент, тренер есть тренер, доктор есть доктор, массажист есть массажист. И возникает большая проблема, когда массажист хочет быть доктором, доктор - тренером, а тренер - президентом. Но самая большая проблема «Локомотива» оказалась в том, что многие хотели видеть президента тренером. И таким же было желание значительной части клуба. По-чело­вечески я Семина понимаю. Он был заложником тех, кто хотел его возвращения. Для сегодняшней жизни это нор­мально. Такова суть профессионального спорта, не говоря уже о бизнесе.
В клубе каждый должен заниматься своим делом. Поэтому тот факт, что у части игроков были контакты с президентом клуба, а у другой части - с председателем совета директоров, считаю большим безобразием. Это тоже часть того спланированного хаоса, который имел место в прошлом году в «Локомотиве». Нет, такие встречи могут происходить, но только по сугубо организационным вопросам, а не спортивным.



У меня очень много претензий к себе. Мне было так важно остаться в команде, работать и добиться результата, что в какие-то моменты я стал идти на компромиссы и выстраивать какие-то отношения, что мне вообще-то абсолютно несвойственно. Если говорить о требованиях, которые я предъявлял игрокам, то в «Локомотиве» не во всех ситуациях они составляли сто процентов возможного. Это я должен признать.
Пример - история со Спахичем и его нарушениями дисциплины. Умом понимал, что не должен этого прощать, что тем самым проигрываю. Наказать его я не мог еще и потому, что из-за травм Родолфу и Сенникова был очень ограничен в защитниках, а меры должны были быть только самыми жесткими.
Я так дорожил своей работой, так не хотел уйти в середине сезона, что мне предрекали все, что шел на исключительные для себя уступки. Отдавал себе отчет: если уйду, то никогда уже не вернусь. А главное, что меня останавливало, - это долг перед теми, кто хотел слушать мое слово, кому было важно мое понимание футбола и жизни. Если тем же Билялетдинову, Сычеву, Ефимову, Янбаеву, Родолфу, Одемвингие в души запала хотя бы пара моих слов и мыслей, если они помогут им в жизни - уже считаю, что делал свое дело не зря. Это был мой долг, и, не выполнив его, я не мог уйти.
Беседуя с футболистами, я не раз возвращался к на­шим великим игрокам прошлого. Вратарям рассказывал о Яшине, нападающему Сычеву - о его коллеге по амплуа Стрельцове, хавбеку Билялетдинову - о Воронине и Ма-ношине. Старался передать молодым людям богатейший опыт и традиции.
То, что я все время говорил о себе, - вранье. Вот о наших легендарных тренерах-Качалине, Маслове, Якушине-действительно рассуждал, приводил примеры из их опыта. И только интеллектуальный уровень отдельных игроков, от которых я избавился, не позволял им понимать, что речь идет о чести и совести, об отношении к клубу и к стране. Отношении, которое было свойственно людям, которых я встретил на своем пути. Но как это может понять Евсеев, который после позорного матча «Локомотив» - «Сатурн» бегал по подтрибунному помещению и выкрикивал нецензурные слова в адрес своей бывшей команды? Или Лоськов, сочинивший на меня в газеты донос образца 1937 года?
Я не мог уйти еще и потому, что взял на себя ответ­ственность за судьбы своих помощников. Это честные, порядочные люди, которые, будучи игроками, сделали очень многое для нашего футбола. Я горжусь ими - Лю­тым, Кульковым, Герасимцом, Клейменовым, Евтушенко. И сезоном этим горжусь, потому что в условиях, в которых мы работали, ни один из преуспевающих тренеров прошлого и настоящего руководить командой не смог бы.
Присутствие людей, которые находились рядом со мной, обязывало меня доиграть эту партию до конца. Все они представляют другое поколение, воспитанное на настоящих профессиональных победах, поигравшее в сильных зарубежных клубах. По своей духовности мои ассистенты значительно отличаются от сегодняшних игроков, и для меня это стало открытием. Современные футболисты защищены контрактами и агентами, желание заработать у многих из них превалирует над желанием победить. И это не их вина, а реалии сегодняшних дней. Необходимо было время, чтобы создать новую команду с совсем другим, истинно победным менталитетом. Тем, которым отличались мои помощники, когда они были игроками.
И все равно считаю, что это был не провальный, а прекрасный сезон. Мы выиграли дома и едва не победили на выезде будущего чемпиона России - «Зенит», четырежды обыграли серебряного призера - «Спартак», показали отличный футбол в матче Кубка УЕФА мощного мадридского «Атлетико», качественно сыграли на Кубке РЖД с «Реалом» и «Миланом». Творческое удовлетворение принес ряд матчей, в которых мы поначалу уступали в счете, но затем удавалось найти единственно правильное решение, позволявшее победить, - против «Москвы», «Крыльев Советов», того же «Спартака». Команда научилась действовать разнопланово, менять тактику по ходу встречи, игроки могли перестроиться в зависимости от счета. Это тот капитал, который пополнил мой тренерский багаж.
Если бы мы набрали в последних четырех матчах с «хлебными» соперниками 12 очков, то заняли бы призо­вое место. Но эти матчи носили политический характер. Они были нужны только для того, чтобы я ушел. Достаточно вспомнить невыносимую обстановку на стадионе во время последнего матча чемпионата - против «Кубани».
И не смешите меня разговорами о том, что я, дескать, не уходил из-за компенсации! Понимаю, если человеку нечего есть, негде жить, не на чем ездить. Но когда человек более 40 лет проводит в футболе на самом высоком уровне, будучи игроком и тренером, - о чем можно говорить, побойтесь Бога!
Вот так мы и доходим до того, что приглашаем Рюриковичей править нашим футболом, нашей сборной и клубами. Мы же зовем голландцев только по одной причине. Потому что отдельные наши тренеры, родные, говорящие по-русски, не дадут тебе работать и победить. Ведь если ты, не дай бог, выиграешь, они покроются холодным потом: а кто же мы? Вот эта наша зависть, беспрецедентное отношение к делу, не позволяет нам сегодня выстроить здоровую футбольную структуру.
Мы мешаем друг другу, мы не позволяем никому вы­делиться, мы съедаем друг друга. Это уже третий случай, когда меня пытаются выжить из футбола. Но слушая и читая высказывания в свой адрес отдельных комментаторов и журналистов, зная, кто стоит за всей этой интригой и хочет создать мне определенную репутацию, лишний раз делаю вывод, насколько я прав.
Кстати, о Хиддинке. Вокруг его разговора со мной тоже была раздута шумиха. Это был чисто технический вопрос, недопонимание, в котором нет ничьей вины. А если она и есть, то в большей степени моя. Мы с ним говорим по-английски - не сказал, чтобы часто, но всегда достаточно дружелюбно. Нас объединяют воспоминания 1992 года, когда сборная СНГ под проливным дождем провела товарищеский матч с его «Валенсией», закончившийся вничью. А также Корея, куда Хиддинк пришел работать после меня.
Он абсолютно адекватный человек, мирный, спокой­ный профессионал. Свое дело он делает не напрягаясь, точно распределяя силы, нервы и возможности тех, кто за ним стоит. В том, что произошло с нашей сборной, мне пока видится больше случайностей, чем закономерности.



В начале прошлого года всех российских тренеров обязали пройти лицензирование. Мне никто не готовил доклады, я ни с кем не консультировался, писал реферат сам. А потом проводил практические занятия, и моим оппонентом был Романцев - бывший соперник, с которым у нас далеко не всегда были гладкие отношения. И когда тренировка закончилась аплодисментами тех, кто ее смотрел, и тех, кто на ней работал, Романцева попросили дать оценку увиденного. Он сказал: «Если все заканчивается аплодисментами, то вопросов быть не может».
Когда меня спрашивают: «Как ты относишься к тому, что с тобой происходит?» - цитирую Киплинга:
«Владей собой среди толпы смятенной,
Тебя клянущей за сомненья всех.
Верь сам в себя наперекор Вселенной,
И маловерным отпусти их грех».
Когда трудно, мне эти слова помогают. И я им - отпускаю.
Недавно мы отмечали юбилей со дня рождения Вла­димира Высоцкого. И я вспоминал его песню о колее. Мне противно слышать и читать, когда кто-то с упоением рассказывает о его или о чьих-то еще пороках. Во-первых, я знал совсем другого Высоцкого: бывали с ним и в сауне, и в VIP-зале аэропорта, где можно было расслабиться. Мы с Мариной Влади немножко выпивали - но он не пил. А во-вторых, мне всегда приятнее говорить о достоинствах человека, чем о его недостатках и тем более пороках.
Часто вспоминаю о Высоцком, который стал великим в первую очередь благодаря умению отстоять свою индивидуальность. Самая большая трагедия - это когда в человеке эту индивидуальность убивают. Во мне - не убьют.
И если еще выпадет счастье поработать в России, - чего я очень хочу, - то все равно пойду по своей колее, и на нее не смогут влиять ни Колосков, ни Мутко, ни Липатов, ни Семин - никто. Понимаю, что это никому не нравится - но будет так и только так.
То, что произошло в «Локомотиве», меня не сломало -ни физически, ни морально. Напротив - тот опыт, который я приобрел после длительного отсутствия в российском футболе, очень ценен. Жаль, что сейчас я не могу его использовать. А отношение к себе истинных болельщиков я оценил в Санкт-Петербурге во время юношеского мемориала Гранаткина. Они встали и встретили меня аплодисментами. Для меня это - самая объективная оценка моей работы.
Время, проведенное в «Локомотиве», мое отношение к команде и игрокам - все это позволяет мне пожелать команде успехов в наступившем году. Я сказал об этом в момент прощания с советом директоров как Якунину, так и новому президенту клуба Наумову. Моя совесть - чиста.



У вас нет необходимых прав для просмотра вложений в этом сообщении.
IT'S A FUCKING DISGRACE !

Ответить

Кто сейчас на конференции

Сейчас этот форум просматривают: Google [Bot] и 2 гостя